Рейтинг@Mail.ru На главную Библиотека Фотогалерея Контакты Лица О проекте Поиск      В е р а    и    В р е м я
Религиозные ценности и современная система образования
 

О мудрости послушливых и безумии злых (бегство в Египет): неделя 31-я по Пятидесятнице, по Рождестве Христовом

 
Мороз и солнце
Мороз и солнце
Основные разделы:
Другие проповеди:

17 февраля 2008

О МЫТАРЕ И ФАРИСЕЕ

…два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что' приобретаю. Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять...

(См. далее...)

24 февраля 2008

О блудном сыне

Еще сказал: у некоторого человека было два сына; и сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения. И отец разделил им имение. По прошествии немногих дней младший сын, собрав всё, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно. Когда же он прожил всё, настал великий голод в той стране, и он начал...

(См. далее...)

9 марта 2008

О прощении

Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших. Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже...

(См. далее...)

26 сентября 2010

Как защитить детей: о силе молитвы и поста (исцеление бесноватого отрока). Неделя 18-я по Пятидесятнице

Когда они пришли к народу, то подошел к Нему человек и, преклоняя пред Ним колени, сказал: Господи! помилуй сына моего; он в новолуния беснуется и тяжко страдает, ибо часто бросается в огонь и часто в воду, я приводил его к ученикам Твоим, и они...

(См. далее...)

19 февраля 2012

Тайна Страшного Суда. Неделя о Страшном Суде

Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов - по левую. Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: приидите, благословенные...

(См. далее...)


Вечер на Невском
Вечер на Невском
Снежный вертеп
Снежный вертеп
В Радонеже
В Радонеже

10 января. К воскресному Евангельскому чтению.


О мудрости послушливых и безумии злых (бегство в Египет): неделя 31-я по Пятидесятнице, по Рождестве Христовом



Когда же волхвы отошли,- се, Ангел Господень является во сне Иосифу и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и беги в Египет, и будь там, доколе не скажу тебе, ибо Ирод хочет искать Младенца, чтобы погубить Его.

Он встал, взял Младенца и Матерь Его ночью и пошёл в Египет, и там был до смерти Ирода, да сбудется реченное Господом через пророка, который говорит: из Египта воззвал Я Сына Моего.

Тогда Ирод, увидев себя осмеянным волхвами, весьма разгневался, и послал избить всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов.

Тогда сбылось реченное через пророка Иеремию, который говорит: глас в Раме слышен, плач и рыдание и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, ибо их нет.

По смерти же Ирода,- се, Ангел Господень во сне является Иосифу в Египте и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и иди в землю Израилеву, ибо умерли искавшие души Младенца. Он встал, взял Младенца и Матерь Его и пришёл в землю Израилеву.

Услышав же, что Архелай царствует в Иудее вместо Ирода, отца своего, убоялся туда идти; но, получив во сне откровение, пошел в пределы Галилейские и, придя, поселился в городе, называемом Назарет, да сбудется реченное через пророков, что Он Назореем наречется (Мф. 2, 13-23).


Блаженный Феофилакт Болгарский


(«Толкование на Святое Евангелие»)



Отшедшым же им, се ангел Господень во сне явися Иосифу, глаголя: востав поими Отроча и матерь Его. Вот для чего Бог попустил Деве быть обрученною! Здесь видно, что это сделал Бог, дабы Иосиф внимательно заботился о Ней. Но не сказал уже: поими жену твою, а: матерь Его. Потому что, как подозрение уже рассеялось и праведник уверился из чудес рождения, что всё - от Духа Святого, то уже и не называет Ее женою его.

  И бежи во Египет. Бежит Господь, дабы уверовали, что Он и истинный человек. Ибо, если бы Он, попавши в руки Ирода, не был убить, то подумали бы, что Он воплотился призрачно. Бежит во Египет, дабы освятить и его. Особенно два места были гнездом всякого нечестия: Вавилон и Египет; итак от Вавилона Он принял поклонение чрез волхвов, а Египет освятил собственным присутствием.

  И буди тамо, дондеже реку ти, - то есть, будь там до тех пор, пока не получишь повеления от Бога. И мы ничего не должны делать без воли Божией.

  Хощет бо Ирод искати Отрочате, да погубит Е. Заметь безумие человека, желающего взять верх над волею Божиею: ибо если родившийся не от Бога, то чего боится? если же от Бога, то как может погубить Его?

  Он же востав, поят отроча и матерь Его нощию, и отъиде во Египет: и бе тамо до умертвия Иродова: да сбудется реченное от Господа пророком глаголющим: от Египта воззвах Сына Моего. Иудеи говорят, что это сказано было о народе, изведенном из Египта Моисеем. Отвечаем: о народе это сказано прообразовательно, а истинно исполнилось на Христе. Притом же, кто есть сын Божий? ужели народ, поклонявшийся идолу Веельфегору и истуканам, или истинный Сын Божий, творивший чудеса?

  Тогда Ирод видев, яко поруган бысть от волхвов. Как Фараону Бог посмеялся чрез Моисея, так Ироду посмеялся чрез волхвов, так как оба они, и Ирод и Фараон, были детоубийцы, - Фараон потому, что убивал в Египте еврейских детей мужеского пола, а Ирод потому, что избил детей вифлеемских.

  Разгневася зело, и послав изби вся дети сущыя в Вифлееме. Разгневался на волхвов, за то что презрели его и не возвестили ему о Родившемся Царе, которого он хотел открыть и умертвить. Посему и велел избить всех младенцев, дабы вместе с ними убить и Помазанного. Для чего же попущено избиение младенцев? Для того, чтобы обнаружилась злоба Ирода. Притом младенцы не погибли, но сподобились великих даров. Ибо всякий, терпящий здесь зло, терпит или для оставления грехов или для умножения венцев. Так и сии дети больше увенчаны будут.

  И во всех пределех его, от двою лету и нижайше, по времени, еже известно испыта от волхвов. Тогда сбыстся реченное Иеремием пророком глаголющим. Дабы кто не подумал, что избиение младенцев случилось без воли Бога, показывает, что Он знал это наперед и предсказал.

  Глас в Раме слышан бысть. Рама занимала возвышенное место в Палестине, как и самое название ее означает высокая, и досталась в удел колену Вениаминову. Вениамин же был сын Рахили, а Рахиль погребена в Вифлееме. Пророк называет Вифлеем Рахилью, потому что она погребена была в нем.

  Плачь и рыдание были слышны в Раме, то есть, на высоте, говорит далее пророк, потому что плачь и рыдание и вопль был мног.

  Рахиль плачущися чад своих. Рахиль, то есть Вифлеем.

  И не хотяше утешитися, яко не суть. Не суть только в сей жизни, ибо души бессмертны.

  Умершу же Ироду. Горькую кончину имел Ирод: он изверг свою нечестивую душу, быв поражен горячкою, болью в животе, водяною в ногах, гниением тайного члена, порождавшим червей, одышкою, трясением тела и судорогами.

  Се ангел Господень во сне явися Иосифу во Египте, глаголя: востав поими Отроча и Матерь Его, и иди в землю израилеву. Не говорит: бежи, но: иди, потому что страха уже не было.

  Изомроша бо ищущии души Отрочате. Где Аполлинарий, который говорил, что Господь не воспринял души человеческой? Вот обличение против его лжемудрия!

  Он же востав, поят Отроча и Матерь Его, и прииде в землю Израилеву, Слышав же яко Архелай царствует во иудеи, вместо Ирода отца своего, убояся тамо ити. Ирод оставил трех сыновей: Филиппа, Антипу и Архелая. Архелая назначил царем, а прочих тетрархами (четверовластниками). Иосиф убоялся идти в землю Архелая, то есть в Иудею, потому что и Архелай подобен был отцу своему.

  Весть же прием во сне, отъиде в пределы галилейския. Галилея была земля не израильская, а языческая, посему иудеи смотрели на ее жителей с омерзением.

  И пришед вселися во граде нарицаемом Назарет.

  Вопрос: Как же Лука говорит, что Господь пришел в Назарет, спустя сорок дней по рождении, то есть, после того как принят был Симеоном, а Матфей здесь говорит, что Он пришел в Назарет по возвращении из Египта?

  Ответ. Знай, что Лука сказал о том, о чем умолчал Матфей. Лука говорит, что Господь, проведши по рождении Своем сорок дней, пришел в Назарет: а Матфей повествует о том, что было между сим временем, то есть Господь бежал в Египет, и потом из Египта возвратился в Назарет. Итак они не противоречат друг другу: Лука говорит о прибытии в Назарет из Вифлеема, а Матфей о возвращении в Назарет из Египта.

  Яко да сбудется реченное пророки: яко Назорей наречется. Какой пророк говорил о сем? Этого не находим ныне: ибо по нерадению евреев и по причине частых пленении много пророческих книг погибло. Впрочем, может быть, это пророчество известно было иудеям и по преданию. Назорей значит: освященный. Поелику же Христос свят, то прилично назывался и Назореем: ибо святым Израилевым Господь называется у многих пророков.




Святитель Филарет Московский


(«Слова и речи, том 1»)


1814


Ангел Господень во сне явися Иосифу, глаголя: востав, поими Отроча и матерь его, и бежи во Египет, и буди тамо, дондеже реку ти: хощет бо Ирод искати Отрочате, да погубит е. Матф. II. 13.

  Чудно и ужасно! – Ангелы, которых естества не приял Сын Божий, торжествуют Его на земли рождение; Ангелы стараются спасти жизнь пришедшаго спасти человеков: а человек, для котораго Сын Божий соделался сыном человеческим, ищет погубить своего Спасителя. Воинство небесное проповедует на земли мир, но вместо того начинается неслыханная война: с одной стороны царь Ирод и весь Иерусалим, с другой – Отроча Иисус и, Его телохранители, все младенцы Вифлеемские.

  Правда, царь не победил Отрочате: воинство младенцев не предало Вождя своего в руки врагов, но своею кровию «пожертвовало за жизнь» всеобщаго Искупителя: напротив того невидимая месть постигла Ирода и его соумышленников: изомроша ищущии души Отрочате (Матф. II. 20). Но сия победа не принесла мира, ниже безопасности Победителю. Иосиф не дерзает даже ввести Его в отеческий град: убояся тамо ити (22).

  После сего уже не удивительно, что возраст Отрочате Христа принесет Ему новыя брани, новыя опасности. Едва Он явится миру, всё видное в мире возжелает затмить славу Его. Фарисеи, книжники, священники, князи, судии, правители обратят против Него каждый свое оружие. Когда же победа возведет Его на небеса, все земныя силы, народ и вельможи, мудрецы и кесари подвигнутся для истребления от земли мирнаго царства Его. Кровопролитие, начатое в Вифлееме, обагрит царства и веки.

  Возвращаясь от воспоминания сих печальных событий, с каким утешением успокоивается дух, при виде великих и сильных земли, смиряющихся пред Отрочатем Вифлеемским, полагающих лучшую славу свою в служении Ему, ищущих своего веселия в Его Евангелии!

  Но что такое, христиане, так долго раздражало и, может быть, частию еще раздражает людей против Иисуса Христа, в самые дни крепости Своея кроткаго и незлобиваго, как отроча, и заповедавшаго всем своим последователям, да будут яко дети (Матф. XVIII. 3)? – Любовь к миру, ответствует представленный ныне в Евангелии пример Ирода, и дает нам случай свидетельствовать противу сей любви, колико суетной, толико вредной и богопротивной.

  Не будем говорить о той любви к миру, в которой и самый мир, согласно с Евангелием, признает вражду против Бога. Будучи обличаема сама собою, она не требует посторонних обличений. Есть иная любовь к миру, которая, по-видимому, примиряется с любовию к Богу; которая соглашается приносить жертвы Богу, только чтоб ей не возбранялось принимать жертвы от мира; готова творить дела человеколюбия, только чтобы мир видел и одобрял их; даже любит ходить во храмы Богослужения, только чтобы мир за нею последовал. С сей-то лукавой и притворной любви должно снять личину, ее украшающую, и повергнуть оную под строгий суд, произносимый Евангелием на всякую любовь мира без исключения: любы мира сего вражда Богу есть (Иак. IV. 4).

  Тех, которые, при самом желании своем принадлежать Богу, не могут еще отторгнуться от мира, привязывает к нему наипаче троякий узел: прелесть его благ, сила его примеров и надежда совместить с любовию к миру служение Богу. Слово Евангелия, как духовный меч, разсекает сие сплетение обманов и открывает свободному оку суетность благ мира, опасность его примеров и тайное семя вражды против Бога, заключенное в самой, как говорят, невинной любви к миру.

  Там, где мир восприемлет всю возможную важность и великолепие, дабы привлекать взоры, которых «он не может» не уважать; где неразлучная с ним подражательность облекает его в виды тех совершенств, которым он удивляется, и заставляет брать высокие примеры, дабы тем полномочнее давать свои собственные; где близость великих бросает некую тень величия на самые малые предметы, – могло бы статься, что сей блеск или ослепил проницание, или поколебал твердость, или уничтожил доверие служителя слова, долженствующаго в лице самаго мира свидетельствовать его ничтожность. Но Дух Божий, который приходит обличить мир (Иоан. XVI. 8), предупредил сие затруднение, воздвигнув Себе свидетеля, котораго нельзя упрекать ни дерзостию, или пристрастием, ни неведением и неопытностию. Мудрейшаго и счастливейшаго из царей Он облек званием Екклесиаста, то есть проповедника, и вдохнул ему слово суда на всякое благо, счастие и славу мира. Что же проповедует сей царственный проповедник? Суета суетствий, рече Екклесиаст; суета суетствий, всяческая суета. Видех всяческая сотворения, сотворенная под солнцем: и се вся суетство и крушение духа. Се аз возвеличихся и умножих мудрость паче всех, иже быша прежде мене во Иерусалиме: и уразумех аз, яко и сие есть крушение духа. Рекох аз в сердце моем, прииди убо, да тя искушу в веселии, и виждь во блазе: и се такожде сие суетство. И призрех аз на вся творения моя, яже сотвориста руце мои, и на труд, имже трудихся творити, и се вся суета. И возненавидех аз всяческая мира (Еккл. I. 2, 14, 16 и 17; II. 1, 11 и 18).

  Св. Златоуст находил Соломонову проповедь о суете столь важною, что желал, дабы она была написана и на стенах, и на одеждах, и на соборищах, и на домах, и на путях, и на вратах, и на внутренних входах, а всего паче на сердце каждаго. Можно сказать, что суета и действительно повсюду написана, только не всегда на челе и на лице вещей; и мы читаем сие поучительное надписание по большой части уже тогда, как несколько времени обращаем оныя в руках наших. В самом деле, что сие значит, что вчерашнее украшение сегодня перестает нравиться; что повторяемое сладкопение начинает терзать слух; что приобретенная честь, или сокровище, отражает сердце наше к новым исканиям; что расширяемый круг познаний только более отверзает пред нами неизмеримую страну неизвестностей, а в нас – ненаполнимую пустоту любознания? Не то ли, что дух наш невольно находит поражающее начертание суеты на всём, что занимает нас в мире: на наших удовольствиях, на нашем богатстве, на наших достоинствах и на самой мудрости нашей? Творец всех вещей разсыпал по ним сие начертание: подобно как попечительный отец на орудиях детских забав написует буквы, которым дети должны научаться.

  Горе легкомысленным детям, которыя не приемлют учения между играми! Орудия игр непрестанно будут у них отнимаемы, а ненавистное учение останется и будет нападать на них с оружием угроз и наказания. Так, если мы, употребляя блага мира, не поспешим уразуметь в них суету суетствий и суету всяческих, то, между тем, как сии тленныя блага ежечасно будут исчезать в руках наших, суета будет оставаться в сердце нашем, как терние после цветов, и разнообразными уязвлениями будет производить крушение духа. Тогда в самом пресыщении чувств поселится вечный глад; сладость приобретения и обладания отравляема будет заботами сохранения и страхом потери; счастие и слава других будет казаться несчастием и безславием нашим; свет познаний, как ночной призрак, то будет непостоянно мерцать в дыме гордости, то ниспадать отчаянно в брение нечистой жизни; наипаче же смертный помысл, как строгий пестун, являясь нечаянно, будет приводить в смятение и трепет резвых чад удовольствия. – Таким образом обильная жатва приводит раба суеты в такое же недоумение, как убогаго недостаток дневнаго пропитания: что сотворю (Лук. XII. 17)? Благодать чудотворений, явившаяся в Сыне тектонове, паче язв египетских, мучит честолюбивых вождей народа: что сотворим? яко человек сей многа знамения творит (Иоан. XI. 47). – Невразумительный слух о рождении безвестнаго младенца, принесенный в столицу иноплеменниками, колеблет царя на престоле, на твердость коего тем менее он полагался, чем более дорожил его блеском: слышав Ирод царь, смутися (Матф. II. 3).

  Сынове человечестии! доколе тяжкосердии? вскую любите суету (Пс. IV. 3) вместо того, чтобы умудряться от нея? Почто ищете лжи, которою мир прельщает, не примечая истины, которой он скрыть не может? – Преходит образ мира сего (1 Кор. VII. 31), – не образ только некоторых вещей, но и образ всего мира; и что будет с любовию к миру, когда он прейдет невозвратно? Земля, и яже на ней дела, сгорят (2 Пет. III. 10): куда же тогда пойдут безсмертныя желания, обыкшия питаться от земли? Где будут самыя глубокия мудрования, которыя однако также ископаны от земли? Будет небо ново и земля нова (Исаии LXV. 7): допустят ли нас внести туда с нашим сердцем останки ветхаго мира?

  Обратимся к мудрейшему из царей. Как счастливо суетою исправляет он свою мудрость, познав ничтожность тех вещей, которыя ложным блеском не раз осуетили помышления мудрых: уразумех аз! Как суетою же исцеляет от мучений суеты, открывая суету самыя сея суеты: суета – суетствий! Как суетою мира сего приуготовляет себя к лучшему и непреходящему миру, престав любить мир суетный: возненавидех аз всяческая мира!

  К сожалению, многие ближе знают Соломона, подобно прочим, обращающагося в вихре земли, но теряют из вида Екклесиаста, стоящаго в солнце истины и проповедующаго суету земнородным. Бедственное ослепление людей, прельщенных миром, увеличивается тем, что слепые слепых же избирают вождями себе, или дают влещи себя множеству, на которое опираясь десницею и шуйцею мнят быть безопасны от падения. На что же, христиане, дано нам собственное око ума, на что возжен пред нами светильник откровенной «Богом» истины, если бы мы могли ходить по единому осязанию примеров мира?

  Внидем в Иерусалим, в котором Евангелие показывает нам сокращенный образ мира: и приметим, куда приводят примеры сего мира, приемлемые слепым подражанием. – Весть о рождении Христа Царя приносится в Иерусалим, который ожидал в Нем своего избавителя. Ирод, котораго не священное право наследия, но честолюбие возвело на престол Давидов, и который утверждал власть свою более притворством и насилием, нежели правлением истинно-благодетельным, не мог спокойно слышать о законном Царе Иудейском, хотя Сей был еще в пеленах и скрывался во мраке неизвестности: слышав Ирод царь, смутися. Но что Иерусалим? Познаeт ли он время посещения своего? Восклоняет ли главу, поникшую под чуждым игом? Радуется ли? Благословляет ли Господа Бога Израилева, яко посети и сотвори избавление людем своим, и воздвиже рог спасения им в дому Давида отрока своего (Лук. I. 68 и 69)? Напротив! Вид разстроеннаго властителя, как в зеркале, отражается в участниках его неправеднаго владычества; от сих тот же образ выпечатлевается в раболепных человекоугодниках; размножается любопытством, лукавством, неблагоразумием; и наконец весь Иерусалим наполнен и объят нелепым безпокойством и богохульным смущением о благодатном для всего Израиля и всего мира событии: Ирод царь смутися, и весь Иерусалим с ним.

  Да помыслят при сем люди, которые думают, что живут как должно, если живут как большая часть, – да помыслят они, долженствовали ль, во время сего смятения Иерусалима, Захария, или Симеон, или Волхвы, подражать примеру множества, и по господствующему мнению учреждать свои чувствования и деяния! – Или заблуждал мир в одном Иерусалиме?

  Благословенно время и страна, где пример великих и сильных земли служит светильником для народа и не позволяет сгуститься тьме, распространяемой миродержителями тьмы века сего! Но – доколе не приидет Царствие Отца небеснаго, призываемое нами в молитве, – и под видимым владычеством благочестия всегда есть тайные самовладыки, которым Христос Царь не угоден, поелику Он требует совершеннаго повиновения и отречения от любимых страстей и вожделений: и пленники примеров мира последуют за оными, не примечая, что находятся в порабощении у возмутителей. Какой же признак сих возмутителей и возмущаемых? – О Царю Христе! мир не хочет верить; но ты Сам уверяешь нас, что знамение не принадлежащих Тебе есть – многочисленность; что мнози суть звани во царствие Твое, мало же избранных (Матф. XX. 16.); что те, которым Отец Твой благоволил дать царство, суть малое стадо (Лук. XII. 32); что узкая врата, и тесный путь вводяй в живот, и мало их есть, иже обретают его (Матф. VII. 14)! – Нет! Мир не руководитель, которому последовать, но враг, котораго побеждать должно чадам Божиим: всяк рожденный от Бога побеждает мир (1 Иоан. V. 4). Образ мыслей и чувствований, наиболее одобряемый, нередко есть наиболее опасный; пример, от котораго заповедано нам остерегаться, есть точно пример наиболее общий; обычай, принятый всегда и везде; дух времени, которым дышат и живут: не сообразуйтеся веку сему (Рим. XII. 2).

  Может быть, вы желали бы, христиане, осуждаемый Евангелием образ века сего видеть представленным в чертах более ясных и раздельных, дабы тем непогрешительнее различать, что в сынах века сего не достойно сынов века онаго, но Тот, Который не позволил прежде времени отделять плевелы от пшеницы, дабы, с восторжением оных, и сия не была исторгнута, и оставил расти обоя купно до жатвы (Мат. XIII. 30); оставил также обетшавающий образ века сего, и посреди его тайною рукою новонаписуемый образ века грядущаго, в нерешительных, смешенных и пресеченных чертах, до предопределенных времен совершения, когда наконец и на целых сонмах рабов и врагов Божиих, и на каждом челе явится там светлое имя Отца небеснаго (Апок. XIV. 1), а там – страшное начертание зверя (11), имеющаго сотворить открытую, но гибельную для себя брань со Агнцем Христом. Ныне же токмо то известно, что мир есть пещера и ложе, где раждается и воспитывается зверь; и поле, на котором с пшеницею зреют плевелы, огню блюдомые. Но не довольно ли уже сего разумения для того, чтобы оно управляло заповеданною нам осторожностию? – Чем глубже весь мир лежит во зле (1 Иоан. V. 19), так что различие зла и блага становится в нем как бы едва видимым, тем с большею осмотрительностию мы должны в нем прикасаться даже к тому, что кажется благом. Если весь мир исполнен плевел, и доселе не мог быть очищен от них, то может ли быть очищена от оных душа, исполненная миром? Если враг Божий сокровенно зачинается и живет в сердце мира, то может ли любовь Божия обитать в любви к миру?

  Итак, вотще стараются некоторые утончать любовь к миру, вместо того, чтобы отсекать ее, и, вместо того, чтобы побеждать оную любовию к Богу, надеются примирить одну с другою. Как бы кто ни облекал свою любовь к миру видами добродетелей: воздержания, трудолюбия, нестяжательности, кротости, благотворительности; но поелику душа всех добродетелей есть любовь, то все добродетели его знаменуют токмо сына века сего, живут и дышат миром, и с миром исчезнут. И как две души не могут одушевлять единаго тела: так две любви – любовь к Богу и любовь к миру – не могут одушевлять единой души: аще кто любит мир, несть любве Отчи в нем (1 Иоан. II. 15). Где же нет любви к Богу, там должна быть по необходимости, хотя иногда сокровенная и не примечаемая, вражда против Него, ибо пред высочайшим Благом нет места равнодушию. В царстве Вседержителя всякий отдельный союз есть возстание на всеобщаго Владыку: кольми паче союз с областию, очевидно зараженною духом буйства и своеволия. Любы мира сего – вражда Богу есть.

  Воззрим еще раз на Ирода, в котором Евангелие обнажает совершенно сие глубокое и крайнее зло любви к миру. Сия любовь обыкновенному взору представляется в Ироде такою, что желающие избавить ее от имени порока и ввести в общество добродетелей могли бы начать с сего примера. Рождение Царя Иудейскаго приводит Ирода в смущение. Что же? И не простительно ли некоторое смущение, при угрожающей потере владычества и чести? Но притом сие смущение было, по-видимому, кратковременным порывом страсти, которая вскоре покорена разсудку. Ирод не запретил волхвам благоразумнаго изследования о Царе Иудейском, но еще содействовал им чрез способных к тому людей: собрав вся первосвященники и книжники людския, вопрошаше. Он сам исповедал грядущаго Христа: где Христос раждается (Матф. II. 4)? Он желал достоверных сведений о Его пришествии: шедше испытайте известно о Отрочати. Наконец он готов был сам поклониться Христу: яко да и аз шед поклонюся Ему (8). Какое безпристрастие и благочестие! – восклицали, вероятно, Иерусалимляне. Мир остался бы в сем обольщении, произведенном любовию к миру: но вдруг явилась небесная истина: Ангел Господень явися. Он оставляет без внимания искусcтвенныя слова и добродетели, поставленныя на зрелище: ведет нас прямо в сердце творца их и открывает, может быть, еще самим Иродом не примеченное хотение, возникающее из глубины души его: хощет Ирод. И что мы видим? – Смерть Спасителя мира, запечатленную в душе миролюбца. Хощет Ирод искати Отрочате, да погубит Е (13).

  О, если бы мы могли утвердиться в вожделенном уверении, что мир не воздвигает окрест нас подобных сему лису противу Агнца Христа! Изомроша ищущии души Отрочате! Но когда призванные воинствовать под знаменем Победителя мира (Иоан. XVI. 33) ценою тленных благ увлекаются на страну мятежа; когда овцы Пастыря, имеющаго малое стадо, мнят обрести лучшую пажить посреди хищных зверей и нечистых животных; когда довольствуются тем, что имеют рукою мира написанный образ благочестия (2 Тим. III. 5), не предаваясь его силе, сокрушающей и возсозидающей, умерщвляющей и возрождающей, – то не ищут ли еще, хотя не Иродовым путем, – не ищут ли однако души Отрочате? Не возстают ли, то есть, хотя, может быть, сами того не примечая, противу истиннаго духа Христова?

  Оставим Соломону, котораго поставили мы первым свидетелем противу любви к миру, запечатлеть сие свидетельство и положить настоящему слову соответственный ему конец: конец слова: Бога бойся, и заповеди Его храни: яко сие всяк человек (Еккл. XII. 13). Противопоставь обольщениям любви к миру страх Божий, и по заповедям Божиим принимай или отвергай подаваемые тебе примеры, а не составляй себе из одобряемых в веке сем примеров, собственных заповедей. Храни заповеди Божии, дабы мир, под видом благоучреждения и украшения твоей наружной деятельности, не похитил оных из сердца твоего. Яко сие всяк человек: то есть сыновний страх к Богу и хранение заповедей Его, в средоточии коих почивает любы Божия, суть всё для всякаго человека: в них его радость, обилие, слава, покой, блаженство, живот временный и вечный. Аминь.




Протоиерей Александр Шаргунов


(«Воскресные проповеди»)



Иудейский царь Ирод, обманутый волхвами, замышляет убийство Богомладенца. Если ему не удалось осуществить свой преступный замысел после того, как волхвы ушли домой другим путем, — это не значит, что он отказался от своего намерения. Он уверен, что, убив всех младенцев в Вифлееме, он поразит в их числе и родившегося Царя Иудейского.

  И Христос в вечер Рождества становится изгнанником. Он разделяет Свою судьбу со всеми людьми, с миллионами наших современников. Сколь многие из них познали, что значит быть изгнанниками из своей земли, когда необходимо вставать среди ночи и спасать свою жизнь бегством! Но бегство Святого Семейства имеет одну особенность. Младенец, Которого хотят спасти, — Сын Божий, и волхвы называют Его «родившимся Царем Иудейским» (Мф. 2, 2). Он вынужден бежать от Ирода Великого, могущественного и жестокого царя. Начинается неравная борьба между Иродом, облеченным полнотой власти, готовым потопить в крови всякое сопротивление, и нищим Семейством, в котором он ищет убить Младенца.

  Единственный враг, которого Ирод не может сокрушить, — его собственная смерть, день ото дня все более приближающаяся к нему. Она безжалостно смотрит на него, и однажды отнимет у него навсегда его жизнь — со всей его властью и силой. Из страха перед этим врагом — ничем не устранимой личной смертью — Ирод ищет убить Младенца, Который может претендовать на его царский трон. Отсюда панический ужас, толкающий его на убийство всех младенцев этого возраста в окрестностях Вифлеема.

  Нас не может не печалить, что он так легко находит исполнителей неслыханного кровавого преступления. Однако вся история мира свидетельствует, что в них никогда не бывает недостатка. Точно так же Христос будет стоять перед Пилатом, и толпа будет кричать: «Распни, распни Его! Нет у нас царя, кроме кесаря». Историки говорят, что Ироду в это время было около семидесяти лет, так что Младенец, только что родившийся, не мог представлять для него как для царя какой-либо опасности. Это злодеяние было совершено чисто по внушению человеконенавистника диавола, распаляющего его гордостью и жестокостью. Перед нами — предтеча антихриста. Поразительно, что он убивает всех младенцев в возрасте двух лет и ниже. Богомладенцу, по всей видимости, не было тогда и года. Однако Ирод убивает всех детей до двух лет, чтобы не упустить Христа. Он убивает младенцев не только в Вифлееме, но и в его окрестностях, являя безумие зла.

  Так исполняется пророчество Писания: «Глас в Раме слышен: плач и рыдание, и вопль великий. Рахиль плачет о детях своих, и не хочет утешиться, ибо их нет». Это пророчество уже исполнилось однажды во времена Иеремии. Мы слышим в Писании его слово о Иерусалиме, ведомом в плен, покидающем землю, где остается гробница Рахили. Для него Рахиль — образ Земли Обетованной, она плачет о детях, которые должны быть там, но их там нет. Точно так же в Вифлееме надежда на будущее исчезает со смертью детей. В Рождество Христово это пророчество раскрылось с новой силой.

  «По смерти же Ирода, — се, Ангел Господень во сне является Иосифу в Египте и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и иди в землю Израилеву, ибо умерли искавшие души Младенца. Он встал, взял Младенца и Матерь Его и пришел в землю Израилеву». Уже второй раз мы слышим о явлении Иосифу Ангела. Он вверяет свою Семью деснице Божией, и Бог ведет его. Он приемлет Младенца, Который не от него, а от Бога — не как сокровище, ему принадлежащее, но как служение, доверенное ему Богом. Теперь вся его жизнь сосредоточена на этом служении. Содержание его жизни составляет не то, что лично с ним происходит, но служение этому Младенцу, Который станет Спасителем всех людей. Праведный Иосиф предаётся водительству Божию, и Бог показывает ему, какой следующий шаг он должен сделать. Он бежит, потом возвращается с Младенцем и Его Матерью и, наконец, поселяется в безвестном селении Назарет.

  Это происходит после смерти Ирода, которая наступила очень скоро после убиения невинных младенцев. «Мне отмщение и Аз воздам», — говорит Господь. Как быстро может совершаться Божие отмщение! Из всех грехов невинно пролитая кровь скорее всего переполняет долготерпение Божие. Такой злобы и неистовства был исполнен Ирод, что являлся непрестанным мучением для себя и страхом для окружающих. Господь показывает нам, что представляют из себя гонители Его и Его последователей. Все, кто противостоит Христу и Его Церкви, оказываются извергами. Они — вне рода человеческого. Они будут извержены из числа людей — если не покаются.

  И снова слово Божие напоминает нам, как осмотрительно совершает с самого начала Свой путь Спаситель, и научает этому Свою Церковь. Можно было бы думать, что Младенец, родившийся в Вифлееме, туда же и возвратится. Но святой Иосиф Обручник со всяким опасением остерегается неосторожных шагов. «Услышав же, что Архелай царствует в Иудее вместо Ирода, отца своего, убоялся туда идти». Мы видим, как одни враги сменяют других, чтобы сражаться со Христом и Его Церковью. Едва исчезает один, как на его месте появляется другой. Диаволу надо, чтобы вражда против Господа и Церкви Его в мире не ослабевала. Святой Иосиф Обручник не идет с Богомладенцем и Божией Матерью в Иудею, потому что Бог никогда не хочет подвергать Своих чад бессмысленной опасности. Но всё делает только ради их испытания в верности и ради вечной их славы. Придет час, когда они, благодаря Бога, пойдут за Своим Господом на крест. Но теперь — время пребывания в Назарете.

  Мы слышим сегодня, что нашего Спасителя называют Иисусом из Назарета — то, что для иудеев было соблазном. Ибо «из Назарета может ли быть что доброе?» В Евангелии сказано, что так исполняется реченное пророками, что Он Назореем наречется. Святые отцы говорят, что в этом имени есть некая тайна. Согласно пророку Исаии, оно означает Отрасль, из которой произойдет спасение всем. Он называет Его Великим Назореем. Не то, что Христос будет в строгом смысле назореем, ибо Он будет пить вино и прикасаться к умершим. Но пророк называет Его так за Его исключительную, единственную святость, за всецелое посвящение Себя Богу в деле спасения рода человеческого. И это имя, к которому учителя духовности будут относиться с презрением. Быть назарянином — значит быть человеком, от которого нельзя ожидать ничего хорошего и который не заслуживает никакого уважения. Так велико помрачение и падение человеческое, в том числе среди тех, кто должен бы быть «светом языков».

  Но Господь берёт на Себя с самого начала весь наш позор, чтобы дать нам Свою славу. Пусть никакие оскорбления не будут для нас непереносимы, если мы сподобляемся получить их ради Христа. Наш Господь называет Себя самым уничижительным именем. Он пришел, чтобы всех спасти, чтобы имя Назорей — «человек из Назарета» было созвучно имени Еммануил — «с нами Бог», Господь наш Иисус Христос.


Зимний сон
Зимний сон
Лавра святая
Лавра святая
Родители Преподобного
Родители Преподобного
На Васильевском острове
На Васильевском острове
Снег идёт, снег идёт...
Снег идёт, снег идёт...
Кот Грэй
Кот Грэй
Наконец-то зима!
Наконец-то зима!
Царский дворец
Царский дворец
На Смоленском
На Смоленском
Хватит на всех!
Хватит на всех!
А вверх труднее...
А вверх труднее...
Первомученик
Первомученик
От Варфоломея к Сергию
От Варфоломея к Сергию
У батюшки Иоанна всегда весна!
У батюшки Иоанна всегда весна!
Зимние узоры
Зимние узоры
А ему не холодно?
А ему не холодно?
К Ксенюшке
К Ксенюшке
Вне времени
Вне времени
Ангел над страной
Ангел над страной
Зимний урожай
Зимний урожай
Синеглазка
Синеглазка
Купола на солнце
Купола на солнце
Голубь или Пингвин?
Голубь или Пингвин?
Святая Троица
Святая Троица
Страж города
Страж города
Первый снег
Первый снег
Казанская
Казанская
Печаль о лете
Печаль о лете
В чистом поле
В чистом поле
За крепостным валом
За крепостным валом
Очей очарованье
Очей очарованье
Храм Покрова в Минводах
Храм Покрова в Минводах
Камни хранят тепло
Камни хранят тепло
Осень в горах
Осень в горах
От лета до зимы
От лета до зимы
Попьём чайку?
Попьём чайку?
Красное на синем
Красное на синем
Три цвета осени
Три цвета осени
В ожидании праздника
В ожидании праздника
Кто быстрее?
Кто быстрее?
Водичка ещё тёплая!
Водичка ещё тёплая!
Каменное кружево
Каменное кружево
Плач по лету
Плач по лету
Кошка цвета осени
Кошка цвета осени
Старый Дмитров
Старый Дмитров
Рябинушка
Рябинушка
Благословение Преподобного
Благословение Преподобного
По водам и небесам...
По водам и небесам...
Старая колокольня
Старая колокольня
Задумалась...
Задумалась...
Никто не забыт!
Никто не забыт!
Осенние радости
Осенние радости
Старинная усадьба
Старинная усадьба
Приглашение к столу
Приглашение к столу
Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов сети интернет Рейтинг@Mail.ru

Вера и Время    2021