Святейший Патриарх | Московский Патриархат Слово Святейшего Патриарха Кирилла на открытии заседания Высшего Церковного Совета 13 апреля 2016 года
13 апреля 2016 г.
13 апреля 2016 года под председательством Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла состоялось очередное заседание Высшего Церковного Совета. Предстоятель Русской Церкви обратился к участникам заседания со вступительным словом
***
Сегодня у нас очередное заседание, которое, в первую очередь, будет включать в себя оценку выполнения ранее принятых решений. Но, тем не менее, обычно мы делаем акцент на какой-то конкретной теме. В этот раз я хотел бы подчеркнуть значение той работы, которая у нас осуществляется в сфере пастырского окормления заключенных. Владыка Иринарх (председатель Синодального отдела по тюремному служению — ред.) сделает сегодня соответствующее сообщение, представит информацию о текущих делах. Но мне бы хотелось особо сказать о том, что мы помним времена, когда священник не мог войти в место заключения, а теперь стоит вопрос о системном служении Церкви в местах лишения свободы. И для того, чтобы эта система была создана и функционировала, уже сделано очень многое. И мы можем с удовлетворением говорить о том, что создана служба пастырского попечения о заключенных в нашей Церкви.
Во всё большем количестве мест отбывания наказания при содействии администрации открываются домовые храмы и часовни. При участии Синодального отдела по тюремному служению разрабатываются методические рекомендации по духовному окормлению заключенных.
Печалование о заключенных всегда было частью миссии Православной Церкви. Это отвечает самой природе Церкви: забота о спасении грешников — вот что в центре церковного служения. А тюрьма объединяет людей прежде всего по одному общему признаку — все они согрешили, совершили прегрешения, в том числе, имеющие характер правонарушения здесь, в земной жизни. И здесь, в земной жизни, они несут наказание за это правонарушение, за свой грех, который в категориях светского законодательства расценивается как преступление, то есть нарушение норм общественного бытия.
Тюремный срок — это испытание для человеческой личности. Никто не выходит из тюремной камеры таким же, каким он в нее вошел. Это огромный вызов для души человека. Но в то же время и очень большой шанс, данный Богом. Тюрьма способна сломать и искалечить человека, ввергнуть его в бездну отчаяния — но она способна и преобразить его, возродить к новой жизни.
И Церковь приходит в тюрьму именно за тем, чтобы не дать узникам пойти по первому, губительному для них пути. Главная цель Церкви в тюремной камере — помочь каждому сидельцу встретиться со Христом. Ведь Спаситель пришел призвать к покаянию не праведников, а грешников, в том числе тех, кто заслуженно отбывает наказание в местах лишения свободы. А мы должны ясно понимать, что заключенные — это наша паства, это не изгои. Они ведь от Церкви не отлучены, они отлучены от общества в силу совершенных правонарушений. Но от Церкви их никто не отлучал, это наша паства. И поэтому с не меньшим пастырским рвением мы должны относиться к духовному окормлению этих людей.
Поэтому надо предпринять все возможные усилия к тому, чтобы тюрьма не разрушала человеческой личности, человеческого достоинства. К сожалению, есть немало примеров, когда в условиях заключения, вынужденного существования в замкнутом пространстве камеры это человеческое достоинство грубо попирается. Образ Божий уступает место звериным инстинктам, извращениям, подрывается доверие, господствует страх и ненависть. Церковь не может оставаться к этому безучастной. Заслуженно или по ошибке попал человек за решетку — его достоинство одинаково неприкосновенно. И за ним остается прежде всего право на общение с Тем, Кто не оставляет нас нигде, где совершается молитва и богослужение. То есть каждый имеет право на общение с Богом и каждый имеет право осуществлять это общение в соответствии с тем религиозны выбором, который он делает.
Люди Церкви прошли через тюрьмы в богоборческие времена. Бог не оставлял тех, кто сохранял верность Христу — и их вера оказывалась словно защитным щитом против того беспредела, который происходил вокруг. Они не только выживали, а оставались носителями образа Божия в любви к ближним. Их смелость в исповедании Евангелия приводила к тому, что к верующим в камере относились с особым уважением.
Но так было в век государственных гонений на Церковь. А сегодня мы живем и проповедуем в свободных условиях. И потому спрос с нас сегодня гораздо выше, чем в то время, когда Церковь не имела возможности заниматься пастырской работой с заключенными. Сумеем ли мы воспользоваться теми новыми условиями, которые существуют, в полной мере, и привнести христианское основание, убеждения в отечественную систему исполнения наказаний, конечно, зависеть будет от нас.
Каждая из категорий заключенных требует отдельной пастырской работы. Душепопечение о подростках, находящихся в колониях для малолетних, о беременных матерях за решеткой, отличается от окормления осужденных, отбывающих пожизненный срок за тяжкое преступление. О каждом из них Церковь должна заботиться особо.
Отдельный непростой вопрос — ресоциализация лиц, выходящих из мест лишения свободы. Известно, как непросто бывает бывшим узникам вернуться в мир, найти работу, восстановить социальные связи. Известно, с каким отчуждением общество встречает бывших заключенных. И Церковь должна прийти им на помощь. Работа по социальной реабилитации бывших заключенных должна вестись на епархиальном и приходском уровне. Это особая работа, потому что иногда человек, отбыв наказание, не исправляется, а укореняется в своих преступных намерениях и нравственно деградирует. И поэтому церковная реабилитация заключенных требует особого подхода к этим категориям лиц и, конечно, особо ответственного отношения со стороны правящих архиереев.
У меня были личный опыт участия в такой работе. И должен сказать: не всегда этот опыт был положительным. Были и очень большие разочарования. Поэтому, идя с открытым сердцем навстречу людям, вышедшим из мест заключения, мы не должны терять пастырской бдительности и осмотрительности. Особенно мы должны помнить о тех людях, которые вместе с ними трудятся, общаются, молятся, но которые не прошли тюремного опыта.
Поэтому считаю важной и очень своевременной работу по ресоциализации лиц, вышедших из мест заключения. Я глубоко убежден в том, что для правильной организации этой работы мы должны в первую очередь хорошо организовать самих себя. И поэтому я попросил бы наш профильный Синодальный отдел обратить внимание на возможные программы подготовки духовенства и мирян для работы в этой очень непростой сфере нашей пастырской ответственности.
Сегодня мы услышим ваши доклады, сообщения о текущей деятельности. Но я хотел бы предварить наше заседание этими размышлениями о важности пастырской работы с лицами, находящимися и вышедшими из заключения. Теперь приступаем к рассмотрению повестки дня.
Источник: Патриархия.ru
| 
