Московский Патриархат | Церковные праздники | Общие проблемы и вопросы Выступление Святейшего Патриарха Кирилла в программе «Слово пастыря» от 21 апреля 2012 года
Христос Воскресе!
Дорогие телезрители!
Я рад возможности на пасхальной неделе встретиться с вами и ответить на ваши вопросы, некоторые из которых имеют непосредственное отношение к тем пасхальным событиям, которые мы все сегодня переживаем.
«Скажите, пожалуйста, Ваше Святейшество, как объяснить людям, далеким от религии, почему сам факт Воскресения Христова дает нам надежду на всеобщее воскресение? Разве с точки зрения логики это вытекает одно из другого? Или здесь важна только вера, а логика ни при чем?» Из письма Артемия Алексеева, Москва.
Спасибо Вам, Артемий, за это очень важное наблюдение, которое Вы сделали относительно Евангельского текста и которым Вы с нами поделились.
Строго говоря, логика, конечно, присутствует. Но любой критический наблюдатель или тот, кто критически читает текст Священного Писания, может сказать: «А меня эта логика не убеждает. Ну, допустим, воскрес Христос — я-то тут при чем? Вознесся Он на небо — я-то тут при чем? Разве после Воскресения Христа были массовые воскресения людей? Если б было так, то мы поняли бы слова Писания, что Он первенец из умерших (см. 1 Кор. 15:20). А в нашем опыте нет воскресения».
Собственно говоря, такого рода логика и лежит в основе отрицания как значения Воскресения для людей, так и самого факта Воскресения, то есть в основе отрицания христианства. Постараюсь в меру сил своих и в это короткое время, ограниченное рамками передачи, ответить на Ваш вопрос.
Что происходит с человеком после смерти? Он умирает, но мы все верим в бессмертие души. Так, может быть, этого и достаточно? Может быть, это и есть воскресение? Умер человек, тело его разложилось, распалось, а дух жив. Что еще надо? (Правда, многие люди, скептически относящиеся к вере и к христианству, отрицают и бессмертие души. Но это уже другая тема, и о ней, может быть, поговорим как-нибудь в другое время.) Если после смерти дух живет, так это же и есть воскресение? О каком еще воскресении может идти речь? И какое отношение к этой постановке вопроса имеет факт Воскресения Спасителя?
Христос воскрес и явился Своим ученикам. Явился в теле — Он вкушал с ними пищу, Он с ними общался, Он учил их тайнам Царствия Небесного. Когда ученики думали, что это дух, Он сказал: «дух плоти и кости не имеет, а вы возьмите Мою руку, осяжите язвы от гвоздей и будьте не неверны, но верны» (см. Лк. 24:39; Ин. 20:27). Значит, речь шла о том, что Христос явился миру в Своем теле. Произошло реальное воскресение — воскресение физического тела.
А что же это было за тело? С одной стороны, Он вкушал пищу, Его можно было потрогать, осязать Его раны. Но, с другой стороны, Он становился невидимым, Он проходил через стены, Он был вне пространства — Он мог быть в Галилее и в Иерусалиме. Это было, конечно, другое тело.
Когда произошло Вознесение, апостолы, пораженные этим событием, стояли на Елеонской горе и смотрели, смотрели в небо. И явились им мужи ангелы, которые сказали: «Что вы здесь стоите и смотрите?» (см. Деян. 1:10-11). В одной этой фразе содержится очень многое. Такой слегка ироничный вопрос: «Что вы стоите и смотрите? Иисус, вознесшийся от вас на небо, таким же образом явится вам». И этих слов было достаточно для того, чтобы апостолы с радостью пошли в Иерусалим, славя Бога и вступая на путь великой проповеди свидетельства Воскресения.
Какое же отношение имеет Воскресение Спасителя к нам? Да прямое. Как говорит апостол Павел, Он первенец из умерших. Он явил нам новое небо и новую землю (Откр. 21:1), новую природу в Своей воскресшей личности. И мы должны помнить, что воскресение — это не просто жизнь нашего духа после смерти. Воскресение — это новое небо и новая земля, это снова жизнь в теле. Господь Иисус Христос явил нам эту реальность, и мы знаем, что каждый из нас через воскресение входит в нее, потому что эта реальность выше всяких сомнений, выше всякой иронии, выше всякого отрицания — новое небо и новая земля и новое тело…
Вера в воскресение человека, с душою и телом, открывает захватывающую перспективу. Ведь никто не может понять, что такое рай и что такое ад — для большинства людей это вообще темна вода во облацех (Пс. 17:12), или мы, как это свойственно человеку, какие-то собственные представления переносим на реальность, с которой не имеем никакого опытного контакта. Мы не знаем, что это такое. Но факт Воскресения Христа во плоти дает нам параметры этого нового неба и новой земли. Это не абсолютно духовная инстанция — это некая в том числе материальная инстанция, это новая жизнь, у которой не будет конца. Но мы-то в этом новом теле будем теми же самыми! Наш дух — это как некая субстанция, соединяющая земную жизнь, наше земное «я» с тем будущим «я». Не другой человек — тот же самый человек.
В этом тайна бытия, которая не открыта нам в полной мере. Мы можем судить об этом гадательно, как говорит апостол Павел (см. 1 Кор. 13:12). Но Воскресение Спасителя дает нам уже не гадательную, а реальную картину — реальную картину будущей жизни, где каждый человек продолжит развивать свои способности, возможности. Он будет творить, будет жить, будет иметь любовь в сердце и радость, потому что рядом с ним будет источник любви и радости — Сам Бог.
Вот почему апостолы с радостью пошли в Иерусалим, воспевая и хваля Бога. Вот почему с таким мужеством они вступили на путь проповеди — потому что перспектива этой вечной жизни с Богом в воскресшем теле изгоняла всякий страх перед любой опасностью. И ведь все они, кроме Иоанна Богослова, принесли себя в жертву Богу через мученическую кончину.
И каким напряженным в первые столетия христианства было это ожидание скорого пришествия Спасителя! Ведь люди думали, что все это должно произойти вот-вот. Сегодня мы понимаем: что означает для Бога время? Один день как тысяча лет и тысяча лет как один день (см. 2 Пет. 3:8). Мы все живем в этой эсхатологической перспективе. Поэтому и Пасха Христова есть эсхатологический праздник — она открывает нам славу Божию и славу вечной жизни через Воскресение Иисуса Христа, Сына Божиего и Сына Человеческого.
И еще один вопрос, который связан с предыдущим. «Ваше Святейшество! В Евангелии от Матфея рассказывается, как враг рода человеческого искушал Спасителя, предлагая Ему власть над всем миром (см. Мф. 4:8-9). Само собой разумелось, что этот мир принадлежит сатане. И ведь это продолжается до сих пор. Говорят, что только в пасхальную ночь эта сатанинская власть над миром может быть ослаблена. Так ли это на самом деле?» Из письма Елены Семеновны Кругловой, г. Новороссийск.
Нет, не так, Елена Семеновна, всё совсем иначе.
Диавол действительно искушал Спасителя и говорил: «Поклонись мне, и дам Тебе все царства мира», то есть дам Тебе власть над тем, что мне принадлежит. Лгал ли сатана? Некоторые отцы говорят, что лгал. Но разве можно было бы лгать Господу, Который все знал на самом деле? Господь не опроверг этого заявления, Он не сказал: «ну что ты обманываешь, тебе не принадлежат эти царства мира». Значит, Господь допускал власть сатаны над миром. Собственно говоря, ведь эта власть и довела Его до креста. Не было бы власти сатаны над миром — не было бы Крестной Жертвы, не было бы Голгофы, не была бы явлена эта страшная несправедливость.
А что происходит после Воскресения? Последние слова Спасителя, обращенные к ученикам и ко всем нам: «Дана Мне всякая власть на небе и на земле. Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их всему тому, чему Я научил вас» (см. Мф. 28:18-20). Совершенно другие слова! Христос победил диавола, а значит, не существует непреодолимого влечения этого мира к миру зла. Нет тотального господства диавола над миром. Он борется, он пытается расширить пространство своей власти, в том числе за счет нас, потому что каждый встающий на сторону диавола становится частью этого диавольского мира. Но Христу принадлежит власть над этим миром, и это открывает возможность каждому из нас быть вместе со Христом, расширяя и укрепляя Царство света, несмотря на присутствие тьмы в этом физическом и историческом мире.
Христос Воскресе!
Источник: Патриархия.ру
| 
