Святыни и святые | Московский Патриархат Собор вселенских учителей и святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого — праздник богословия, в песнопениях которого мы непрестанно слышим, как трое святителей призывают в своих молитвах Пресвятую Троицу.
Собор вселенских учителей и святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого — праздник богословия, в песнопениях которого мы непрестанно слышим, как трое святителей призывают в своих молитвах Пресвятую Троицу. Это та неизреченная тайна Бога и Церкви, которая говорит о том, что, подобно тому, как три ипостаси во Едином естестве — Бог наш, так и тайной Воплощения Сына Божия Церковь становится единою природой со множеством ипостасей: как единство в истине и любви, которое совершается даром Божиим роду человеческому. Этой тайне учат нас церковные учители, имеющие особое, как говорит апостол Павел, призвание в служении Церкви — учительское.
Все мы призываемся в этот день к тому, чтобы осознать важность для нашей духовной жизни истинного исповедания веры. Как говорит святитель Кирилл Иерусалимский, дела добрые без догматов ничто. И исповедание догматов без наших дел тоже не имеет значения. Каждый из нас крещен во имя Пресвятой Троицы — «во имя Отца и Сына и Святаго Духа». За Божественной Литургией мы исповедуем Символ нашей веры прежде, чем вступить во Святое Святых — в Божественную Евхаристию. И прежде чем приобщиться Святых Христовых Таин, мы вместе с апостолом Петром исповедуем Иисуса Христа Сыном Божиим — тайну, которую не плоть и кровь открывает человеку, а Отец Небесный, сущий на небесах.
Это ключ к пониманию того, что являют своей святостью святые Василий Великий, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст. Их учительство сопряжено именно с их святостью, с приобщенностью Тому, Кто Един свят, — к Богу нашему, и без этого, хотя бы малого прикосновения к новой жизни, без видения Бога человек не может богословствовать.
«Тайна богословия заключается в том, — учит преподобный Силуан, — что человек совершенный никогда и ничего не говорит от себя, а только то, что говорит через него Бог». Тайна богословия в том, что человек говорит не то, что он слышал от других людей, а то, что, по милости Божией, он познал в своем личном духовном опыте. В конце концов, только именно такое богословие приемлется истинным. Но путь к нему — вся наша жизнь в послушании Церкви, в устремленности к богооткровенным тайнам, которые Духом Святым даны людям, больше нас молившимися Богу.
С тайной учительства связана тайна святительства. Вселенские учители Василий Великий, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст — это святители, которые молятся Богу и сами составляют Ему молитвы и службы. Не потому, что они владеют каким-то особенным даром слова (хотя он действительно есть у них), а потому, что Господь освящает этот дар и направляет на высшее служение. Они сами составители Божественной Литургии, где совершается Божественная Евхаристия, и это — знание видения Живого Бога, которое они преподают нам. Это их стояние на страже истины и отражение всех лжеучений, посягающих на святость веры. Значит нам необходимы молитва и слово Божие, в которых заключена полнота исповедания нашей веры.
Разрешая самые сложные вопросы духовной жизни, святители отвечают на них простым цитированием Священного Писания. Святой Иоанн Златоуст на угрозы, что будет сослан за открытое исповедание веры, отвечает: «Господня земля, и что наполняет ее» (Пс. 23, 1). На угрозы, что у него отнимут имущество, Святитель говорит: «Мы ничего не принесли в мир; явно, что ничего не можем и вынести из него» (1 Тим. 6, 7). Смертью угрожают, он отвечает: «Для меня жизнь — Христос, и смерть — приобретение» (Флп. 1, 21) — эти слова апостола Павла становятся его собственными словами. У святого Василия Великого есть поучительные наставления в вопросах и ответах, которые составлены только из Священного Писания. И ни одного слова собственного комментария.
На такой глубине слова жили эти люди. Они жили словом Божиим и Слово Божие говорило через них. «Золотые уста», — говорим мы. На самом деле, это уста, через которые говорит Бог. Святые отцы учили нас: «Золото приняли, золото и передайте другим». Мы все приняли золото, то есть веру, и другим должны передать то, что приняли. Поэтому ответственность за тот дар, который мы имеем в Церкви, лежит на всех нас.
Всматриваясь в подвиг святителей, мы должны изумляться, как богословие питает их молитву, и молитва является продолжением богословия. Точно так же, как части Священного Писания переходят одно в другое. Как молитва святого Иоанникия Великого, которой он сопровождал чтение Псалтири: «Упование мое Отец, прибежище мое Сын, покров мой Дух Святый», которая естественна тайне исповедания Пресвятой Троицы, — является ли она продолжением богословия или органично входит в текст Священного Писания. Точно также у богословов-святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого их молитва, их богословие соединяются друг с другом, питают друг друга.
Мы не можем не изумляться тому, что истинное богословие исполнено поэзией высшей красоты. Да, святители Василий Великий, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст обладали особым даром слова. Мы читаем стихи Григория Богослова и понимаем, что это — созерцание уже высшей красоты: не тварной, а Божественной. Мы слышим слово святого Иоанна Златоуста на Пасху — действительно сверхчеловеческое слово. Именно то слово, которое Господь дал ему в самый святейший для каждого человека момент, чтобы обратиться с этим словом ко всему человечеству до скончания мира — когда открывается самое главное, что должен знать человек: что Христос Воскрес! Устами святого Иоанна Златоуста, исполненными высшей силы и красоты, превосходящей способность обычного слова, Церковь обращается к нам и ко всему роду человеческому. И святой Василий Великий — его молитвы, его Литургия с протяженносложенными тайными священническими молитвами! Сила и красота этого слова несравненно выше, чем все, что знает любое искусство, любые шедевры, любые достижения человечества в слове.
Богословие, связанное с Богом, должно быть огненным, вдохновенным, исполненным живой силы. В Символе веры мы исповедуем Бога-Отца Творцом неба и земли. На греческом языке слово «творец» значит «пиит» — поэт неба и земли, и это говорит об особой вдохновенной красоте творения мира, которую Бог даровал нам. Мы знаем, что иконография и иконопись — это богословие в красках. В настоящем богословии живописный дар — это не просто обозначение каких-то истин, но — красота, исходящая от Творца неба и земли, от Духа Святого. Правда и любовь Божественная дышат в этом богословии.
Очень опасно мертвое богословие. Оно является причиной многих катастроф в Церкви и всего человечества, когда вера исповедуется одними только устами, и люди перестают уже воспринимать ее как самую живую жизнь. При этом совершается клевета на дар Божий. В любом исповедании истины никому не следует гоняться за какой-либо красотой, потому что в том, что не ложь, уже всегда поэзия. Сама правда — это красота. Но она должна исходить из нашей жизни, из нашего стояния за истину. Стояния за истину и в личном подвиге, который совершали все святые, и в заботе о том, чтобы Церковь сохранила эту истину навсегда. Вот существенный признак подлинности вдохновения, связанного с Богом.
Когда придет антихрист, он поразит всех своим ложным вдохновением. Как говорит святой апостол Иаков, «язык — огонь, прикраса неправды» (Иак. 3, 6), украшение неправды. Слово может быть вдохновенным и ярким, и мы знаем, что антихрист привлечет великое множество людей именно пустым, сверкающим ложной красотой словом.
Мы должны знать, что одним из внешних признаков того, что слово — не ложное, является то, что одновременно оно обладает трезвенностью. Оно знает меру, которая является тайной красоты. Слово, исполненное внутреннего знания, видит все внешнее, что происходит вокруг, и это существенный признак того, что оно не ложное. Неслучайно все три святителя много заботились о церковном благочинии и благолепии. Во всех внешних событиях они принимали участие: в устроении монашеского жития, в написании уставов, в церковном строительстве. Это один из признаков подлинного слова, а не ложного, потому что внешнее не может упраздняться там, где есть внутреннее, а наоборот, раскрывается в истинном свете. И малое не становится незначительным, оттого что есть великое, но обретает свое значение. Только верный в малом верен Господу и в большем.
В наши дни, когда столько неверия и лжеверия вокруг нас, когда нечестие во внешнем мире (и даже в мире церковном) является все более наступательным на истину, будем молиться святителям Христовым, чтобы они дали нам свою помощь, в которой мы так нуждаемся. Чтобы ложный экуменизм как попытка соединить истину с ложью, не разделяя их, и все то отступничество в вере, которое является одним из главных признаков торжества отца лжи и явлением антихриста, никогда не проникло в нашу Церковь. Чтобы врата адовы не смогли победить ее, потому что с нами святые отцы, с нами их святая вера, нам принадлежащая, с нами тысячи святых мучеников, которые кровью своей запечатлели исповедание Православия.
Мы должны быть достойными веры этих великих святых. Надо, чтобы каждому из нас было дано узнать лично в этот праздник, прославляющий богомыслие, ведущее к боговедению, что мы призваны исполнить самую главную заповедь — возлюбить Бога не только всем сердцем, не только всею крепостию своею, но и всем разумением своим.
Источник: Русская народная линия
|
