Московский Патриархат | Личная позиция | Общие проблемы и вопросы Доклад епископа Смоленского и Вяземского Пантелеимона на конференции «Церковь и бедные. Православные и католики в служении милосердия» 5 декабря 2012 года
6 декабря 2012 г.
5 декабря 2012 года в Храме Христа Спасителя в Москве открылась международная конференция «Церковь и бедные. Православные и католики в служении милосердия». Доклад, посвященный духовным основам служения милосердия, представил председатель Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон.
Я очень рад, что мы собрались вместе, чтобы поговорить о том, как же нам нужно совершать дела милосердия, и как Церковь должна заботиться о бедных. Я очень благодарен Общине святого Эгидия за инициативу собрать такую конференцию. Нас действительно связывает многолетняя дружба с членами этой общины. В 90-е годы я ездил в Италию, там были многие мои сотрудники. То, что делает эта община, конечно, удивительно и замечательно. И я очень часто привожу в пример те дела милосердия, которые совершают члены этой общины.
В России мы были лишены возможности открыто заниматься делами милосердия на протяжении 70 лет, поэтому для нас очень важен опыт, который есть у Католической Церкви в сфере социального служения.
Я думаю, что сегодняшняя конференция поможет нам понять, как совершать дела милосердия и как полюбить ближнего. Этот вопрос волнует многих людей. И хотя я являюсь председателем Отдела по церковной благотворительности и социальному служению, и хотя мне Святейший Патриарх в монашестве дал имя Пантелеимон, что значит «всемилостивый», это не значит, что я являюсь самым милостивым епископом Русской Православной Церкви, хотя и должен таковым быть. Для меня это тоже вопрос — как полюбить ближнего, как научиться служить тем, кто нуждается в нашей помощи?
Конечно, мы все с вами знаем притчу о милосердном самарянине и знаем, что Господь этой притчей дает нам понять, что ближний — это любой человек, который нуждается в нашей помощи. Даже если он нам совсем чужой, принадлежит другой национальности, исповедует другую религию. Этот человек может быть неприятен внешне, мы можем не испытывать к нему никакого расположения, но все равно любой, кто нуждается в помощи, является нашим ближним. Именно его Господь заповедал нам любить.
И, конечно, таким человеком является тот, кто беднее нас. Беднее здоровьем или материально, беднее способностями. Хотя любовь по природе одна, но все же одно дело — любить и восхищаться тем, кто красивее и лучше тебя, с благодарностью любить того, кто сам дарит тебе любовь, кто помогает тебе, и другое — любить того, кто ничем тебе не сможет ответить на твою заботу о нем, кто жалок в своем убожестве и бедности. Его Господь заповедует любить как самого себя. Любить, а не снисходительно жалеть, уделяя малую толику от своих средств, сил и времени.
Конечно, нельзя четко определить, кто абсолютно беден и нуждается в нашей заботе, а кто абсолютно богат и не нуждается в помощи. Бедность, конечно, понятие относительное. Мы призваны особенно любить тех и заботиться о тех, кто беднее нас. Святой пророк Иоанн Предтеча, когда призывал к покаянию, говорил, что именно является плодом покаяния и какие плоды покаяния мы должны принести, если хотим избежать будущего гнева. К сожалению, эти слова нечасто цитируются и, к сожалению, не все слова эти помнят. «У кого две одежды, тот дай неимущему, и у кого есть пища, делай то же» (Лк. 3:11). Я думаю, что речь здесь идет не только о том, что бы спасать погибающих от холода и голода, но вообще — о том, чтобы обязательно помогать тем, кому хуже, чем тебе.
В Евангелии есть и заповедь о любви к врагам. Мы призваны Богом любить не только тех наших ближних, которые живут беднее нас, которым хуже, чем нам, но и тех, кто приносит нам вред, кто делает нам больно, кто является нашим врагом. Исполняем ли мы эту заповедь? Или мы считаем, что исполнить эту заповедь о любви к врагам могут только святые, а нам, грешным, нечего и пытаться?
И тут возникает вопрос: неужели премудрый и премилосердный Господь, Сам укорявший фарисеев за то, что они возлагают на людей бремена неудобоносимые, этими заповедями возлагает на нас непосильное бремя?
Если Господь дал нам такие заповеди, значит, Он вложил в нас способность к любви. И наверное, любить у нас не получается не потому, что это сверх наших сил, а потому что мы испорчены грехом и слишком любим самих себя.
Любовь вложена в наше естество Богом. Мы созданы Им, чтобы быть любовью. Человек создан как подобие Божие, а Бог в Своем существе есть Любовь. По слову преподобного Максима Исповедника, Божественные Ипостаси Святой Троицы пребывают между Собой в «вечном движении любви». Существо Бога – любовь — должна быть, по замыслу Творца, и нашим существом. Все люди по природе едины и каждый из нас является ипостасью этой единой природы. И отношение между людьми-ипостасями, также как отношение между Ипостасями Святой Троицы, должно быть отношением любви.
Любовь вложена в наше естество Богом. И поэтому странно не то, что нужно полюбить ближних, а то, что мы не любим их. Почему мы считаем, что любить ближнего — трудно? Ведь это должно быть естественно и радостно для нас.
Конечно, мы знаем, что первопричина искажения, утраты любви коренится в первородном грехе. Любовь, по учению преподобного Максима Исповедника, искажается и становится самолюбием. Он определяет самолюбие как неразумную любовь к чувственности, и самолюбие становится корнем греховных страстей. Сластолюбие, сребролюбие, славолюбие — три главных ветви безобразного древа смерти, выращенного нами, — в нашей душе имеют своим корнем самолюбие. Эти греховные страсти появились в душе Евы, когда она, вняв словам искусителя, посмотрела на древо познания добра и зла и «увидела …, что дерево хорошо для пищи (так появилась страсть чревоугодия), и что оно приятно для глаз (появилась страсть сребролюбия как любовь к удовлетворению своих желаний с помощью внешних предметов) и вожделенно, потому что дает знание (знание часто для человека предмет гордости и славолюбия)» (Быт. 3:6). Эти три главных соблазна препобедил Господь в трех искушениях в пустыни. Эти три страсти являются основой современного падшего мира: похоть плоти (чревоугодие), похоть очес (сребролюбие) и гордость житейская (славолюбие) (1 Ин. 2:16).
Естественная любовь, которой всегда жили люди: любовь между родителями и детьми, между супругами, перестает быть нормой, встречается сейчас все реже. Если матери сложно любить своего новорожденного младенца настолько, что она отказывается от него, бросает его, если муж и жена, являющиеся одним существом, разводятся без всяких оснований, изменяют друг другу, если дети забывают о своих родителях, где уж тут говорить о любви к людям, которые от нас отличаются, — к бездомным, которых мы презрительно называем «бомжами», к гастарбайтерам, мигрантам?
Не имея любви, мы могли бы оправдаться грехом Адама и Евы, сказав, что мы принадлежим к падшему человечеству, но ведь сама Любовь сошла на землю… Сошел на землю Бог, Который, по слову Апостола Иоанна Богослова, и есть Любовь (1 Ин. 4:16). Он сошел к нам для того, чтобы мы научились от Него и чтобы любовь вновь стала нашим существом. Возносясь на небо, Господь сказал, что остается с нами. Зачем? Думаю, именно для того, чтобы в школе любви сопровождать нас из класса в класс.
В чем выражается эта помощь Божия? Конечно, в первую очередь, в Церковных Таинствах. Мы можем говорить о семи таинствах, но можно сказать и о том, что эти семь таинств являются составными частями одного Таинства Любви.
В это Таинство Любви, Таинство жизни с Богом и в Боге, кроме семи церковных таинств, вероятно, входят и все остальные священнодействия, и таинство дел милосердия, и таинство Слова — Евангелие, таинство молитвы — общей и индивидуальной. Человек призван всеми доступными ему способами принимать участие в великом и радостном Таинстве Любви.
Большинство нашего народа — крещеные люди и должны знать, что в крещении нам дан дар любви сверхъестественной. Каждый православный крещен во имя Отца, Сына и Святого Духа, как и наши западные братья, во имя Троицы, Которая в Своем существе есть Любовь. И каждый крещеный человек помазан святым миром, и в этом помазании ему дан дар Святого Духа — дар любви, дар владеть собой, дар знать волю Божию, участвовать в священнодействиях. Почему же этот дар в нас не реализуется? В крещении в нас влагается малое семя вечной жизни, небесной радости, но оно не распускается, не растет. А ведь это семя может стать деревом, под тенью которого могут укрываться птицы небесные (Мк. 4:32).
В крещении, в миропомазании нам дается залог любви. Господь в последней беседе с учениками показал нам ту высоту любви, к которой мы призваны: «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Ин. 17:21).
К сожалению, христиане включены в некий механизм жизни ХХI века, в котором нет места любви. В этой жизни есть карьера, деньги, удовольствия, есть договорные отношения, политика, искусство, есть психология (когда трудно, можно сходить к психологу), есть лекарства, чтобы долго жить, есть развлечения, а вот для любви места как бы нет. Любовь у нас — на втором плане, на третьем, на четвертом, на десятом. И Бога в этом механизме тоже нет.
И поэтому, чтобы научиться любить ближнего, нужно выйти из этого мира, не стесняться быть людьми не от мира сего (Ин. 15:19). Именно к этому нас призывает Господь. Выйти из русла, которое несет нас вниз, и в конце концов, может унести нас в адские глубины. Сойти с рельсов, по которым перемещаются люди, больше похожие на трамваи, чем на людей.
Конечно, это возможно только с помощью Божией. Я очень рад, что, несмотря на все то, что нас разделяет с западными христианами, у нас есть одно видение с членами Общины святого Эгидия того, как можно научиться любви. Нельзя исполнить вторую заповедь, забывая о первой. Конечно, нужно, прежде всего, полюбить Бога всем сердцем, всей душой, всеми мыслями и чувствами. Без этого нельзя научиться любить ближнего, нельзя исправить свою испорченную грехом природу, нельзя преобразиться, нельзя воспринять во всей полноте дары, которые Господь нам дал.
Нужно вспомнить о Боге и помнить о Нем всегда, нужно искать Бога, искать соединения со Христом. В молитве, усердной и постоянной, в чтении правил, но не ограничиваясь правилами. Искать Его, участвуя в церковных таинствах, каясь в грехах. Без этого нельзя научиться любить Бога и ближнего. Евангелие нужно не просто читать, как обычную книгу, а читать с верой в то, что через эти слова Господь может открыть нам Свою волю, подсказать каждому, что он должен делать. Вот что нужно сделать, чтобы научиться любви. Научиться любви — это значит научиться всегда радоваться (1 Фес. 5:16). Не научившись этой радости, мы зря проживем жизнь.
Главная задача нашей земной жизни — преумножить тот талант любви (Мф. 25:14-30), который дан нам Богом. Не скрыть его, не попрать, не затоптать то малое семя, которое при крещении вложил в нас Бог.
Если, невзирая на наши грехи, Господь сподобит нас войти в Его Небесное Царство, там уже не нужно будет напрягать себя, усердствовать, чтобы полюбить того, кто тебе неприятен. Там в этом не будет заслуги. Там уже нельзя будет преумножать любовь подвигом своей жизни. Это можно сделать только на земле. Только здесь мы можем что-то взять у себя и дать другому, явив ему свою любовь, уступить другому, помочь другому. В Царствии Небесном у всех будет всего достаточно. Там не нужно будет ухаживать за больными, заботиться о бездомных, отдавать часть своих денег какой-нибудь вдове с ребенком, там Господь все восполнит. Поэтому дела милосердия надо совершать здесь, на земле.
Сам Господь говорит: «блаженнее давать, чем принимать» (Деян. 20:35). И конечно, отдавая свои силы, средства и время, мы собираем себе сокровище на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут (Мф. 6:20). Если мы этого не делаем, мы можем лишиться радости Царства Божиего.
Святой праведный Иоанн Кронштадтский сказал праведному Алексию Мечеву, когда тот потерял жену и пришел к нему, ища утешения в своем горе: «Ты жалуешься на скорби и думаешь — нет на свете горя больше твоего, так оно тебе тяжело, а ты будь с народом, — сказал ему святой праведный Иоанн Кронштадтский, — войди в чужое горе, возьми его горе на себя и тогда увидишь, что твое несчастие мало, незначительно в сравнении с общим горем; и легче тебе станет».
И каждый, кто помогает ближнему, знает, какая радость наступает в душе от совершения добрых дел, от того, что в сердце есть любовь.
Источник: Патриархия.ру
|
