Московский Патриархат | Святыни и святые Слово Святейшего Патриарха Кирилла за братской трапезой в день памяти преподобного Сергия 18 июля 2011 года
Из года в год в этот день в Троицкую обитель притекают архипастыри, пастыри и в великом множестве — благочестивый народ наш. А ведь если посмотреть телевизор — разве кто-то приглашал людей в Лавру преподобного Сергия? Нет, приглашают на курорты Анталии, Испании и т.д. К сожалению, информационный поток СМИ очень мало говорит нам о великих ценностях нашего национального бытия. А люди тем не менее приезжают тысячами к великим святыням.
Сегодня в нашей прессе, не слишком симпатизирующей Церкви, можно прочитать о том, что народ отходит от Церкви, что верующих становится все меньше. Могу сказать исходя из собственного чисто визуального впечатления: в день преподобного Сергия все больше и больше верующих приезжают в Лавру. Никогда я не видел такого, как сегодня, количества людей, когда благословлял народ с балкона Патриарших покоев. Это просто море людское! И мы видим, что здесь далеко не только старушки-пенсионерки, но и люди среднего возраста, и молодежь, и огромное количество людей с детьми. А всё это означает, что народ наш обращается к вере, к Церкви — несмотря на то, что те четыре-пять часов, которые многие ежесуточно проводят перед телевизором, делают все для того, чтобы народ забыл о своих корнях, чтобы он думал лишь об отдыхе за рубежом или о покупке очередного модного товара.
А чудо Божие совершается на наших глазах. И чем больше кричат в прессе, что мы погибаем, значит, тем больше у нас сил и тем больше страха у людей, которые не хотят, чтобы вера Христова была основополагающим камнем в жизни нашего народа.
Сердечно благодарю Вас, владыка Ювеналий, за Ваши добрые слова и за Ваше пастырское служение. Вы привели очень правильный пример: действительно, храмов сегодня нужно строить как можно больше. Пусть они не будут все грандиозными, пусть будут скромными и недорогими. Но важно, чтобы они были приближены к реальной жизни людей. А вместе с храмами должно появиться и все то, что сопутствует здоровой приходской жизни: работа с молодежью, с пожилыми людьми, дела милосердия и благотворительности, образование, культура, а, может быть, и спорт.
Благодарю Вас, владыка Феогност, за то, что Вы сегодня так блестяще прокомментировали мои слова, произнесенные на Валааме. Вы сказали куда больше и лучше, чем я говорил на Валааме, — спасибо Вам за это большое. Но я хотел бы, подхватив Ваши мысли, сказать вот о чем. Владыка предложил прекрасный образ: над нами цунами. А что сделать, чтобы уберечьcя? Может, всплыть на поверхность? Может, стать частью этой пены? Ведь все, что сегодня происходит, очень часто тянет на поверхность, смешивая нас с пеной. Но она сносится очень быстро, мои дорогие братья и сестры, пена моментально улетучивается. А что же остается? А остается то, что в глубине. А это не только сокровенная молитва, но и погружение в реальную систему ценностей, которая сохраняется в апостольском Предании Церкви. Мы пребываем там, в глубине, в этой системе ценностей, — а над нами цунами. Более того, те, кто в пене, и не замечают, что они на гребне цунами, ведь цунами становится страшным лишь тогда, когда обрушивается на сушу, а в море воспринимается не более чем легкое движение волны.
Так вот, из пены этого цунами раздаются голоса: «Те, кто там, внизу,— консерваторы, ретрограды, люди, отставшие от жизни! Поднимайтесь к нам, в пену! Что вы там сидите, нОсите какие-то непонятные одежды, служите на непонятном языке, проповедуете странные истины, когда вокруг вас — бушующее море прогресса!» Но мы остаемся на глубине. И за это я благодарю всех вас, мои дорогие архипастыри. Я смотрю в ваши глаза и вижу: вы все там, нет ни одного, кто в пене.
Но ведь если мы будем только пребывать в глубине, если мы утратим связь с поверхностью, тогда те, кто наверху, погибнут. Вот почему мы говорим сегодня: Церковь, которая хранит апостольскую истину, апостольское Предание, апостольскую силу, должна быть открыта современному обществу. Не для того чтобы подниматься и становиться пеной, но чтобы те, кто еще в пене, приобщались к глубине жизни, к целостному мировоззрению, к силе духа. А для этого нужна проповедь — ясная, светлая, понятная людям; для этого и образ жизни духовенства должен быть соответствующим, чтобы не давать никому повод для злословия. Но самое главное, чтобы мы были близки к людям, чтобы мы делали добро, чтобы наше социальное служение наполнялось реальной добродетелью, чтобы наше участие в образовательной и культурной деятельности было эффективным. А для этого важно, чтобы наш труд соединялся с усилиями многих светских людей, готовых вместе с нами бороться за будущее нашего народа.
И вот еще о чем я хотел сказать, мои дорогие. Оставаясь там, на глубине, мы действительно должны сохранять связь с поверхностью. Для этого в Церкви существуют определенные институции, которые, будучи как бы якорем связаны с глубиной, всплывают на поверхность, и мутная пена бьет их со всех сторон. Иногда для тех, кто остается в тишине, непонятно, что делают их братья там, на поверхности. Иногда мы с легкостью их осуждаем. Подчеркну: должны быть те, кто находится наверху, кто собирает эту пену. Это особое служение. Но это служение во мгновение превращается в ничто, если оно теряет связь с глубиной, если якорь вдруг обрывается. Когда я обращался к монахам на Валааме, я это и имел в виду: глубинная духовная жизнь — наш общий якорь, который никогда не даст нам превратиться в пену, — сегодня должна быть исполнена особой силы.
Ведь когда мы говорим о силе молитвы, мы не просто произносим красивые слова. Прошло время красивых слов — все мы действительно должны крепко молиться. Все мы должны серьезно воспринимать те обязательства, которые взяли на себя, став монахами, став священнослужителями. И вот тогда мы сумеем многого добиться.
Все то, что мы должны сделать, — мы сделаем. Мы будем строить храмы. Будем работать с людьми, принося им свою искреннюю сердечную любовь, — с сиротами, бездомными, стариками, алкоголиками, наркоманами. Мы будем учить людей, будем взаимодействовать с системой образования. Мы будем вести активный диалог с нашим обществом — не для того, чтобы раствориться в нем, но чтобы передать обществу те глубинные ценности, без которых человек не может жить.
Бессмысленно оценивать Церковь по критериям: справа или слева, консерваторы или либералы. Примитивный подход погрязшего в грехах рода человеческого! Мы — Церковь Божия. Мы получили от Бога такой мандат, который не получила одна политическая сила. Мы получили такую ответственность, которой нет ни у кого на этом свете, кроме Церкви Божией. И потому мы должны нести эту ответственность и это служение — в любви, в простоте, в смирении, в скромности, в открытости, в готовности разговаривать с любым человеком, приглашая и его бросить свой маленький канатик туда, в глубину, — чтобы пена цунами, как правильно сказал владыка Феогност, не разбила его о скалы.
Источник: Седмица.ру
|
