Московский Патриархат | Общие проблемы и вопросы Протоиерей Андрей Ткачев рассказывает о тайнах небольшого русского города
11 августа 2015 г.
Одноэтажная Россия. Как и одноэтажная Америка, она больше, значительнее своей «небоскребной» части. На ее просторах добывалось и свершалось и в ее глубинах ныне хранится всё, что составляет золотой фонд Отечественной истории. Имею в виду явленную святость, которая многообразна, осязаема и от которой не отмахнуться. При этом на пароходе к ней плыть не надо, как было в случае с одноэтажной Америкой у Ильфа и Петрова. Есть электрички и автобусы, довольно, кстати, быстрые и вполне комфортные, позволяющие смотреть в окно и дарящие путешественнику несколько часов созерцательного одиночества.
Мне посчастливилось оказаться в Переславле-Залесском. Где-то и когда-то этот город потерял в имени букву «я», поскольку назван он был в честь Переяславля Русского, того самого, который всего лишь с 1943 года стал Переславлем Хмельницким. Эта связь топонимов еще и сегодня кричит о былом единстве огромных просторов молодой новокрещеной Руси. И на Украине, и в России вы найдете на картах Звенигород, Галич, Владимир и т.д., потому что это фактически была одна земля с одними бытийными смыслами населяющих ее людей. Следовательно – с одинаковыми именами городов и сел, ныне оказавшихся по разные стороны искусственных границ. И Феодосий Печерский пришел в Киев из Курска, и Владимир сидел в Новгороде, а Ольга – в Пскове. И Серафим Саровский из того же Курска прежде шел в Лавру Киева, а уже потом в Мордовские леса. Что до Переславля, то он попадал в зону опеки Ростовского князя. На заре русской истории княжил в Ростове сын Владимира Борис. Тот самый, который не обнажил меч на брата ради власти и погиб с меньшим Глебом от рук наемных убийц.
От Бориса в Переславле остался им основанный монастырь во имя великомученика Никиты Готфского. Видимо, князь был хорошо начитан в житийной литературе, коль избрал монастырю столь редкого покровителя. А в XII веке к Никите Готфскому добавился еще один Никита – столпник. Этот человек ведал сбором налогов при расширении и упрочении города. Брал в казну, брал и себе. Был немилостив. Бог страшно вразумил его. Готовясь к большой домашней трапезе, с гостями, Никита велел жене наварить побольше мяса. И стало так, что увидели люди в котле всплывающие части тел человеческих. Этот ужас означал простейшую мысль: обдирающий людей корыстолюбец – убийца. Больше: он – людоед. Он питается плотью человеческой. После сего стал Никита монахом. Да не просто монахом, а столпником. Столп его был не вверх ростом, как у Симеона в Сирии, а вглубь. Потому как у нас зима и на открытом столпе погибнешь. Никита стоял в яме. Носил на себе вериги. Потом его убили.
Но я не житие пересказывать хочу. Житие вы сами найдете, если заинтересуетесь. Я хочу сказать, что святые Переславля-Залесского отображают Божественный свет с непривычных граней, не частых. Если про святых думают, что «родился, крестился, с детьми не игрался, много молился, рано постригся и чудеса творил», то это хоть и верно во многих случаях, но далеко не всегда. Переславские святые очень необычны. Вот Никита всем несытым кровопийцам говорит:
«Поберегись! Кровью питаешься! Глянь на меня и покайся!»
Кстати, Грозный царь Иван Васильевич очень чтил Никиту столпника за это его деятельное покаяние при прежнем злодействе. В день памяти святого царь приезжал в монастырь Никиты и на службах пономарил. Отметим для себя и эту черту.
Следующий необычный святой – Андрей, князь Смоленский. Этот попозже жил (умер в конце XIV века). Видя, как дерутся за власть его родственники, бежал сей Божий человек от родных мест куда подальше. Пристанище нашел при церкви Николая в Переславле. И был там простым прислужником около 30 лет. Утаенный князь двор мел, дрова рубил, к службе звонил и прочее. Как он молился по ночам и в тайне сердца, только Богу ведомо. Лишь по смерти нашли при нем записку, в которой говорилось, что он из смоленских князей, но «ради зависти и крамол» от братьев оставил власть и чин и удалился, бегая. На теле нашли также княжескую цепь и гривну. А еще – вериги, которые тайно носил святой. Этот Божий человек говорит нам тоже нечто очень важное.
«Власти, – говорит, – хочешь? А я вот плюнул на нее, чтоб душу не марать. И князем природным будучи, не погнушался прожить жизнь безвестную и простую. Без славы, без сласти, без медных труб».
Власть ведь это не только власть в государстве. Это может быть финансовая власть на рынке, мягкие кресла в министерствах и ведомствах, ученые степени, главные роли, досрочные звания… Похоть первенства тотальна в нашем похотливом мире, где Авель просто молится, а Каин зеленеет, на него глядя, и из зависти замышляет недоброе. Свет лица Андрея Смоленского нам сегодня по этой причине очень целителен.
А еще? А еще там есть Даниил Переславский. Этот жил прямо во времена Ивана Грозного, который ходил на богомолье к Никите столпнику и при котором был прославлен Андрей Смоленский. Сей святой озаботился участью покойников, не получивших христианского погребения. Странники, безродные, жертвы злой руки человеческой, скончавшиеся от мора, утопшие… таковые хоронились отдельно или не хоронились вовсе. Даниил болезновал о них, хоронил их, поминал на Литургиях и вообще много молился об усопших. И случилось, что не могло со временем не случиться. Даниил оказал милость телу неизвестного угодника Божиего, который явился ему с благодарностью. Отсюда – от помощи неведомых миру святых – создан был Даниилом Свято-Троицкий монастырь в Переславле, стоящий доныне и ждущий к себе монахов и богомольцев.
О чем говорит Даниил? О прозрачной стенке между мирами, о грядущем Царстве, в котором нет места тем, кто не сотворил милости. Мир сей тяжел и осязаем. Это ослепляет. На самом деле мир сей хрупок и прозрачен. Сквозь него просвечивает временами иная жизнь. И многие в эту жизнь раньше нас вступили. Если они грешны, им нужна молитва. Если они святы, они готовы говорить с Христом о нас, видя нашу заботу об их могилах, об их телах, имеющих воскреснуть. Великая мудрость. Глубокая тишина. Далеко не с каждым поговоришь об этом. Разве что с облаками, висящими сегодня в синем небе над Восточно-Европейской равниной точно так, как висели они во времена Даниила Переславского.
А еще Переславль-Залесский – родина Александра Невского. Здесь его садили на коня, препоясывали поясом, посвящали в князья. Но нет у меня цели говорить обо всех святых этой земли. Цель иная: с удивлением осмотреться. Россия привычно широка, и ее просторы вошли в поговорку. Но одноэтажная Россия необыкновенно глубока. Деревянная Россия со своей скупой красотой и пронзительной грустью глубока чрезвычайно. Оттуда всё: калики перехожие; богатыри, слезшие с печи; кающиеся грешники; князья, вытирающие ноги о слишком измаранную власть, и так далее, и так далее. Эту Россию нужно узнать. Нужно открыть ее, всмотреться в нее, влюбиться. Она ответит, откликнется, аукнет. Она, недолюбленная и подзабытая, ждет внимания к себе, потому ей есть чем ответить благодарному взору. Есть какие сундуки отворить и какими сокровищами поделиться.
И трудов-то всего – один день выходной и один билет. Не на пароход до одноэтажной Америки, а на автобус или электричку до тех краев, где жизнь течет медленнее и каждый камушек норовит с тобой заговорить о Борисе и Глебе, о Никите и Данииле, о твоей собственной горемычной душе, питающейся прахом грехов и туманом фантазий.
Протоиерей Андрей Ткачев
11 августа 2015 года
Источник: Православие.ру
| 
