Святыни и святые | Московский Патриархат Рассказы о воскресении диакона Владимира Василика
26 апреля 2014 г.
Мы продолжаем славить Христа, Воскресшего из мертвых. Раздаются победные возгласы: «Христос воскресе! Воистину воскресе!» Но рядом с ними временами тихо звучит коварный вопрос: Христос воскрес, а мы? Что Его воскресение дало человечеству? Если Он воскрес, то почему умирают и не воскресают люди, в том числе — глубоко верующие христиане?
Знатоки церковной истории немедленно ринутся в атаку. Они напомнят о телесном вознесении Матери Божией, о воскресении Иоанна Богослова. Они вспомнят и о воскресении дочери святого Спиридона Тримифунтского и о семи спящих отроках Эфесских. Но совопросникам века сего этого мало. Они скажут: «Это было давным-давно, если было. А почему сейчас не воскресают люди?»
Воскресают. Чудо воскресения не уходит из жизни Церкви. В связи с этим хотелось бы поделиться с читателями двумя известными мне случаями.
О первом рассказала мне моя мама, Галина Георгиевна Василик, заслуженный врач, ветеран труда. В детстве, в далекие сороковые годы, она слышала этот рассказ от своей соседки по коммунальной квартире Нины Ивановны Гнездиловой. В свою очередь Нине Ивановне его поведала ее тетушка Анна.
Дело было еще до революции. У тетушки Анны был дед, звали его, кажется, Николай. Жил он в деревне, был добрым работником, домовитым хозяином, человеком благочестивым. Пришло время отправляться деду Николаю путем всея земли — по болезни и старости. Он поболел немного и скончался. Его омыли, переодели, сняли с чердака гроб, лично им сделанный и положили покойника во гробу в чулан. Закрывать гроб не стали.
Вдруг родственники слышат голос из чулана: «Выпустите меня. Я живой». Заходят они в чулан, а дед в гробу сидит. Обомлела родня от ужаса и удивления, а дед и говорит им: «Живее зовите батюшку. Есть у меня один грех неисповеданный. Для исповеди меня с того света и отпустили». Позвали местного священника, а он был человек скептический и несколько вольнодумный. Время было такое — первая русская революция 1905 года, когда даже зажиточные хозяева временами на чердаках «Искру» прятали, а семинаристы в своих ректоров стреляли.
Итак, приходит священник, а дед Николай ему и говорит: «Батюшка, исповедай меня. Я на том свете был. Мне там об одном забытом грехе напомнили». А священник ему: «Брось сказки рассказывать». А тот ему: «Поверь мне. Я там взаправду был». А священник ему и говорит: «Да брось ты, сочиняешь». А дед Николай ему в ответ: «Хочешь, докажу? Давай я тебе все твои тайные молитвы перескажу, которые ты в алтаре втайне от нас читаешь». И начал ему по порядку излагать все, начиная от молитв проскомидии: «Искупил ны еси от клятвы законныя честною Твоею кровию». Батюшка обомлел. Дед Николай был неграмотным. В алтарь допущен не был. Молитвы священник всегда читал про себя так, что даже пономарь ничего не знал и не слышал. А если бы дед и знал грамоту, то никто бы ему служебник не продал. Неоткуда ему было это все знать.
Батюшкин скептицизм рухнул в одночасье. Он внимательно исповедал деда Николая, отпустил ему все грехи, а тот после этого почти сразу преставился. С чистою душою к Богу пошел.
И второй случай, еще более удивительный. Я слышал о нем в 1987 году от иеромонаха Феофилакта, в миру Константина Ивановича Белянина, насельника Псково-Печерского монастыря в 1986–1991 гг. Он рано потерял сына, которого звали Константин. Константин был человеком чистым, верующим. По сыну о. Феофилакт тосковал. И вот произошло чудо. В Псково-Печерском монастыре ему явился... воскресший сын. Причем не призрак, а во плоти. О. Феофилакт показывал мне фотографию, на которой был запечатлен Константин Константинович недалеко от иконы Божией Матери во время крестного хода 28 августа 1986 года. Более того, его воскресший сын участвовал в трапезе. С отцом он беседовал и говорил с ним о том, как важно хранить заповеди Христовы для того, чтобы войти в Царствие Божие.
В Псково-Печерском монастыре могут остаться письменные свидетельства об этом чуде.
Но остается вопрос: а почему тогда все не воскресают немедленно по смерти? Ответ прост: требование этого всеобщего чуда означало бы немедленное общее воскресение из мертвых и Страшный Суд. А готовы ли мы к нему? Все человечество вообще и каждый из нас конкретно? Еще не кончилась мировая история, не достроена великая башня Церкви (или колокольня, если хотите). Еще открыты для многих и многих врата покаяния. Парадоксально, но Господь попускает пока всем умирать телесно для того, чтобы многие и многие ожили духовно. Всеобщее воскресение наступит лишь тогда, когда определятся все, когда не останется ни одного нечестивца среди праведников, ни одного праведника среди нечестивцев. А пока отдельные воскресения усопших подобны Преображению Христа на горе Фавор: они лишь знаки и предвестия будущей славы Царствия Божия. Будем же к ним внимательны, братия и сестры, чтобы войти в эту славу.
25 апреля 2014 года
Источник: Православие.ру
| 
