Московский Патриархат Протоиерей Максим Козлов дал интервью журналу «Нескучный сад» (июль 2013 г.)
12 марта 2013 г.
Глава Конференции католических епископов России архиепископ Павел Пецци на днях дал большое интервью «Коммерсанту». Он утверждает, что православных и католиков практически ничто не разделяет, и православным остается лишь признать главенство Папы Римского над всем христианским миром. Почему вопрос о первенстве Римского епископа самый важный, но не единственный в диалоге между католиками и православными и что изменилось в понимании роли папства при новом понтифике, рассказывает профессор МДА протоиерей Максим КОЗЛОВ
Монсеньор Паоло Пецци утверждает, что «претензии, которые были со стороны Русской Православной Церкви к Католической церкви в России, можно считать разрешенными». По его словам, встрече Папы Римского и Святейшего Патриарха Московского и всея Руси ничто не мешает, а ее длительная и подробная подготовка — просто желание российской стороны, к которому католики относятся с пониманием. Хорошие контакты с другими иерархами Русской Церкви, особенно с епископами в тех городах, где действуют католические общины, уже налажены, а в перспективе, по словам лидера российских католиков, возможно и объединение Церквей. Главным из препятствий к единству архиепископ Паоло Пецци назвал неприятие православными католического догмата о папском примате и папской веро- и нравоучительной непогрешимости. «На протяжении первого тысячелетия истории христианства все поместные Церкви признавали первенство римского епископа. Вопрос в том, каким образом оно может сегодня служить на благо всей Церкви. Поэтому Католическая церковь приглашает всех к углубленному осмыслению природы первенства в Церкви и роли римского епископа», — сказал архиепископ Паоло Пецци в интервью «Коммерсанту».
О том, почему не всё так просто с признанием «первенства римского епископа» и достижением как глобальной цели — единства Церкви, так и цели попроще — встречи Московского Патриарха и Папы Римского, «Нескучному саду» рассказал профессор Московской духовной академии, уже четверть века преподающий сравнительное богословие протоиерей Максим Козлов.
— ВОЗМОЖНО ЛИ, ЧТО ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ ПОСЛЕДУЕТ СОВЕТУ АРХИЕПИСКОПА ПАОЛО ПЕЦЦИ И ПРИЗНАЕТ ПЕРВЕНСТВО РИМСКОГО ЕПИСКОПА?
— Высказывание председателя конференции католических епископов России архиепископа Паоло Пецци есть констатация конкретного факта: в богословском диалоге, который ведется между Римо-Католической и всеми Поместными Православными Церквами, главный акцент сейчас делается на обсуждении примата Римского епископа и понимания первенства в Церкви в целом. Во время последних собеседований внимание обеих сторон было сосредоточено на выявлении роли римского первосвященника в Церкви первого тысячелетия, то есть до разделения 1054 года. Высказывание архиепископа Паоло Пецци показывает, насколько по-разному мы подходим и к пониманию этого диалога, и к видению того, что может быть достигнуто в его результате.
С точки зрения католиков, исследование истории Церкви первого тысячелетия должно привести православных к признанию примата Римского епископа. С точки зрения православных участников диалога, то же самое должно привести католическую сторону к выявлению очевидного для нас факта: то понятие первенства, которое усваивалось римскому епископу Древней Церковью, никак не тождественно тому пониманию примата, а тем более веро- и нравоучительной непогрешимости понтифика, которое сложилось в Римо-Католической Церкви второго тысячелетия. С гипертрофированным ростом этого главенства и, особенно, с принятием на Первом Ватиканском соборе в 1870 году догмата о папской веро- и нравоучительной непогрешимости понимание первенства в Восточной и Западной Церквях решительно разошлось.
— ВОПРОС О ПРИМАТЕ РИМСКОГО ЕПИСКОПА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СЕЙЧАС РАЗДЕЛЯЕТ НАС ЖЁСТЧЕ, ЧЕМ ПОНИМАНИЕ ДРУГИХ ДОГМАТОВ ВЕРЫ?
— Соглашусь с тем, что этот вопрос самый важный. Это вопрос о природе Христовой Церкви, о том, как строится её бытие. Но нельзя сказать, что нас разделяет только это. Нельзя считать преодоленным триадологическое разномыслие, т.е. вопрос о Filioque, об исхождении Святого Духа, по западному учению, не только от Бога Отца, но и от Бога Сына. Острота вопроса уже не такова, как в XV столетии, когда за непризнание Filioque католики анафематствовали православную сторону на Ферраро-Флорентийском соборе. Сейчас католики стоят на позиции «равночестности» двух триадологий. Но нельзя сказать, что мы пришли к той догматической ясности и чистоте, какой требует установление евхаристического единства.
У нас есть существенные различия в области учения о спасении: например, в православном Предании отсутствует представление о Чистилище. Также у нас принципиально разное понимание роли Пресвятой Девы Богородицы Марии в нашем спасении. Два новейших католических догмата — о Непорочном Зачатии Пресвятой Богородицы (Ее родителями Иоакимом и Анной) и о Ее телесном вознесении — не тождественны православному учению о рождении, жизни и посмертной славе Богородицы.
— ВЕРНЁМСЯ К ДОГМАТУ О ПАПСКОМ ПРИМАТЕ: ИЗМЕНЯЕТСЯ ЛИ СО ВРЕМЕНЕМ ЕГО ПОНИМАНИЕ У САМИХ КАТОЛИКОВ?
— Здесь мы наблюдаем два параллельных процесса. С одной стороны, в официальных документах Римо-Католической Церкви, включая постановления Второго Ватиканского собора и написанный и принятый после него новый Катехизис Римо-католической церкви, никакого принципиального изменения нет. Повторено учение Первого Ватиканского собора о веро- и нравоучительной непогрешимости Папы — а именно оно остается главным средостением между Православием и Католичеством, даже в большей степени, чем само учение о примате. Ведь если о природе первенства Римского епископа можно вести историческую и богословскую дискуссию, то согласиться с догматом о том, что Церковь усваивает ему безошибочное учительство, мы не сможем никогда.
С другой стороны, конечно, Римские папы после Второго Ватиканского собора — Павел VI, в значительной степени Иоанн-Павел II и нынешний папа Франциск — далеко отстоят от образа абсолютного монарха, который управляет Церковью, исходя только из своих предпочтений и желаний. В этом смысле можно сказать, что соборное начало — как выражаются католики, «концилиарность» — прорастает в практической жизни Католической Церкви. Этому, может быть, мы могли бы у католиков и поучиться: у нас соборность нередко декларируется там, где на самом деле не имеет места. Но пока такая практика не отражена в официальных догматических документах Римо-Католической Церкви, она не может служить основанием для заявлений о преодолении догматических различий. Так что мы приветствуем эти тенденции соборности, желаем их углубления, но и ждем их доведения до уровня догматических текстов.
— ПАПА ФРАНЦИСК НАЗЫВАЕТ СЕБЯ ПРОСТО «ЕПИСКОПОМ РИМА», А НЕ ПОНТИФИКОМ.
— Если бы папа Франциск сделал официальное заявление, что не считает себя наместником Христа на земле, преемником князя апостолов, верховным первосвященником Вселенской Церкви, это бы в значительной степени сняло бы проблему наших межконфессиональных отношений. Правда, наверняка породило бы множество внутренних проблем в Католической Церкви. Конечно, можно порадоваться о добром и, как кажется, вполне искренне смиренном облике нового римского епископа, его желании повернуть Католическую Церковь в сторону тех, кому в этом мире труднее всего. В области служения тем, кому плохо в современной, такой благоустроенной на первый взгляд цивилизации, во-первых, и в области противостояния вызовам нынешнего секулярного глобализированного мира, во-вторых, как раз может быть увидена тенденция сближения Поместных Православных Церквей и Католической Церкви. Она может быть значима для всего христианского мира.
— АРХИЕПИСКОП ПАОЛО ПЕЦЦИ ГОВОРИТ, ЧТО ПРЕПЯТСТВИЙ ДЛЯ ВСТРЕЧИ СВЯТЕЙШЕГО ПАТРИАРХА И ПАПЫ РИМСКОГО НЕТ. СО СТОРОНЫ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ПРИ ВОЗНИКНОВЕНИИ ПОДОБНОГО ВОПРОСА ОБЫЧНО НАПОМИНАЮТ, ЧТО НЕ ИЗЖИТА ПРОБЛЕМА, ВОЗНИКШАЯ ПОСЛЕ ЗАХВАТА ГРЕКО-КАТОЛИКАМИ (УНИАТАМИ) ХРАМОВ НА УКРАИНЕ В 90-Е ГОДЫ. С ТЕХ ПОР УЖЕ ТРЕТИЙ ПАПА ВЗОШЕЛ НА ПРЕСТОЛ. ЧТО ДОЛЖНА ЗАЯВИТЬ ИЛИ СДЕЛАТЬ КАТОЛИЧЕСКАЯ ЦЕРКОВЬ, ЧТОБЫ РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ СОГЛАСИЛАСЬ СЧИТАТЬ ДЕЛО РЕШЁННЫМ?
— Первая и беспрецедентная встреча Патриарха и Папы, если она когда-либо состоится, не может и не должна оказаться просто протокольным мероприятием. Ясно, что в пределах одной Поместной Церкви, даже и столь большой, как Русская, невозможно решить те догматические проблемы, которые стоят сегодня между Вселенским Православием и Римским Католичеством. Значит, речь на этой встрече может идти о двух главных сторонах наших отношений: снятие существующих проблем и нахождение областей взаимодействия.
Во-первых, снятие проблем. Традиционно указывается на наличие прозелитизма со стороны Римо-Католической Церкви на канонической территории Русской Православной Церкви и на проблемы, связанные с униатством. Первая проблема постепенно теряет свою остроту, по крайней мере на территории Российской Федерации. Это связано не только с изменением позиции самой Католической Церкви (хотя при последних двух Папах есть и это), сколько со стабилизацией церковно-государственных отношений и обстоятельств общественно-политической жизни в России в последние два десятилетия.
А вот проблема униатства на канонической территории Русской Церкви на сегодня никак не может быть названа решенной. Проблема даже не в судьбе конкретных храмов на Западной Украине, а в отсутствии однозначно выраженной официальной позиции Ватикана. Мы ждем определения, во-первых, о том, что уния никаким образом не может стать способом обретения христианского единства. Во-вторых, нужна христианская оценка действий греко-католиков по захвату храмов на этих территориях, даже если они не были напрямую санкционированы Римом, а были низовой, отчасти религиозной, а отчасти националистической инициативой, и это должна быть оценка их как недопустимых по отношению к Церкви-сестре (по определению самих католиков).
С другой стороны, встреча Патриарха и Папы, если она состоится, не может не иметь и положительной составляющей. Это может быть обсуждение уже упомянутых областей взаимодействия: служение обездоленным и общее противостояние вызовам агрессивного секулярного гуманизма, который сегодня уже борется не с конкретной конфессией или Церковью, а подрывает основы христианской этики в целом и ставит под сомнение саму антропологическую тождественность человека. Ведь новейшие тенденции развития европейского законодательства — это попытка изменить понимание человека и его семьи. И в этой сфере совместное свидетельство Православия и Католичества очень и очень важно.
Беседовала Александра Сопова
Источник: Нескучный сад
| 
