Общие проблемы и вопросы На страницах «Российской газеты» продолжается дискуссия, вызванная статьей Андрея Кончаловского «В какого Бога верит русский человек?». В ней принимает участие известный богослов, протодиакон Андрей Кураев
15 мая 2013 г.
- КОНФЛИКТ «МЕЖДУ ЯРОСТНЫМ, ВОИНСТВЕННЫМ УТВЕРЖДЕНИЕМ, ЧТО «БОГ ЕСТЬ», И НЕ МЕНЕЕ ВОИНСТВЕННЫМ, ЧТО «БОГА НЕТ», ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ХАРАКТЕРЕН ДЛЯ НАШЕГО ВРЕМЕНИ?
- Мне кажется, что это раскаленное противоборство привиделось Андрею Сергеевичу Кончаловскому. Увы, сегодня излюбленная позиция большинства - и в России, и на Западе - потребительский пофигизм. Ему нет дела до того, есть Бог или нет. Современная ситуация, скорее, описывается сюжетом из романа Честертона «Шар и крест»: в мир приходит Антихрист, и эта новость никому неинтересна. Кроме двух человек - воинствующего атеиста и афонского монаха.
- НО МЫ, ПО МНЕНИЮ КОНЧАЛОВСКОГО, ИСТОРИЧЕСКИ ЗАСТРЯЛИ В ЯЗЫЧЕСТВЕ.
- Язычество - это отнюдь не замшелое прошлое, а вечный аспект религиозной жизни. Кончаловскому кажутся языческими огромные очереди к поясу Богородицы. А огромные очереди на Западе, которые собирает новая модель iPhone, не из того же ряда? Консуматизм, потребительское отношение - это чистейшая магия: дай мне, Боже, вот это, это и это. Очередь к поясу Богородицы, на мой взгляд, гораздо интереснее...
Языческое сознание - огромная толща жизни, которая вбирает в себя и западные очереди за новой моделью iPhone, и косность нашей народной жизни, которая так возмущает Андрея Сергеевича. Но, возмущаясь косностью, он забывает поставить вопрос: а Церковь - консерватор этой косности или, наоборот, бродило, дрожжи, которые ее раскачивают, меняют? Пастернак однажды сказал: «вечность, быть может, опаснейший из мятежников».
Я думаю, что Церковь - дрожжи и бродило. Возьмем ту же историю с «Пусси Райот», которая разделила общество. Только не на клерикалов и воинствующих атеистов-безбожников, как кажется Кончаловскому. На самом деле разделение произошло между разным пониманием христианства и Евангелия. В том числе и в самой Церкви. Даже у священников в связи с этими событиями Евангелие открывалось на разных страницах. У меня на странице, где Нагорная проповедь, а у других моих коллег-служителей на тех страницах, где Христос берет в руки бич... Заметьте, что и волна критики в адрес церкви из масс-медиа и блогов идет с христианских позиций: вы, попы, не соответствуете той морали, которой ваш Бог учит. Это внутрихристианский спор.
- АНДРЕЙ КОНЧАЛОВСКИЙ УТВЕРЖДАЕТ, ЧТО НАША ПРЕИСПОЛНЕННАЯ ЯЗЫЧЕСТВОМ ЦИВИЛИЗАЦИЯ БЛИЖЕ К ИСЛАМСКОЙ, ЧЕМ К ХРИСТИАНСКОЙ.
- Тут либо одно, либо другое. Быть одновременно схожим и с тем и с другим невозможно. Конечно, с исламом могут быть похожи какие-то частности, например, культура религиозно-социального протеста. Но Кончаловский же говорит не о частностях, а о главном - о том, как люди видят Бога. И в этом главном и от ислама, и от язычества мы далеки. Хотя я лично считаю, что какие-то добрые вещи православие, идя «царским путем», может брать и от того, и от другого.
Для меня нет ничего обидного и в справедливом замечании Кончаловского, что русское православие - это религия священного материализма. Раз сам Бог воплотился и навсегда стал человеком, то христианство можно назвать религией священного материализма.
<...>
Елена ЯКОВЛЕВА
«Российская газета»
Источник: Интерфакс-Религия
| 
