Московский Патриархат | Общие проблемы и вопросы Ответы Святейшего Патриарха Кирилла на вопросы журналистов после посещения родильного дома № 3 г. Москвы 7 января 2013 года
8 января 2013 г.
7 января 2013 года после посещения родильного дома № 3 г. Москвы Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл ответил на вопросы корреспондентов СМИ.
— Ваше Святейшество! В Рождественском послании Вы уделили особое внимание детям-сиротам. Сегодня у нас и Церковь возрождается, и материнский капитал беби-бум подстегивает, а сирот по-прежнему так же много, как во времена «Республики ШКИД». Я знаю, что Вы, служа еще в Смоленске, организовывали финансовую поддержку родителям, которые брали на каникулы детей из детдомов, многих потом усыновляли. Может, это стоит вынести на федеральный уровень? Вообще, какова позиция Церкви по этому вопросу?
— За последние примерно три года в Церкви сделано очень много. В первую очередь я хотел бы отметить появление большого количества церковных детских домов. Всего в Российской Федерации таких 90, в них проживает полторы тысячи детей. Может быть, в масштабах всей страны это не так много, но в масштабах Церкви, которая насчитывает очень немного лет своей активной социальной работы, это много.
Однако было бы еще больше, если бы мы могли получать детей-сирот для наших детских домов. К сожалению, нередко мы слышим страшный ответ: «Детей попам не отдадим». Вот внутренняя установка людей, которые всячески препятствуют тому, чтобы детей воспитывали в церковных детских домах, в том числе при монастырях, особенно женских, где монахини отдают тепло своих сердец, это нерастраченное материнское чувство, где такая атмосфера, которую, вы знаете, не в каждой семье можно увидеть.
Я часто посещаю эти учреждения. Мне рассказывают истории этих детей-сирот. Нередко милиция, найдя замерзающего младенца на помойке, везет его прямо в такой приют, и эти девочки и мальчики, спасенные от неминуемой гибели, возрастают в церковных детских домах. И я хочу сказать, что горько нам бывает слышать отказ, когда мы просим передать детей на воспитание в церковные детские дома.
Вообще, если говорить о детских домах, то их количество будет сокращаться по всей России, потому что увеличивается процент усыновления. Сейчас это уже значительные цифры. Радует, что количество усыновленных детей россиянами многократно превышает количество усыновленных детей иностранцами. Думаю, эти цифры будут расти, потому что все больше людей желают принять младенца, отрока или отроковицу на воспитание, когда у этих детей нет родителей, или когда есть родители, но по сути дети остаются сиротами.
Но при возможном сокращении количества детских домов (а я думаю, что в ближайшие 7-10 лет мы будем свидетелями резкого сокращения количества детских домов) будут оставаться детские дома для инвалидов. Многие берут к себе в семьи детей-инвалидов, но тем не менее количество усыновленных инвалидов намного меньше, чем количество усыновленных здоровых детей; и я вижу в решении именно этой проблемы нишу для церковной деятельности. Мы готовы работать с детьми-инвалидами, и мы были бы готовы взять государственный сиротский дом, детский дом для инвалидов под свой покров и приложить все силы к тому, чтобы воспитывать в таком доме детей. Полагаю, что это перспективное направление работы Русской Православной Церкви
— Ваше Святейшество, Вы подписываете сегодня соглашения с Минздравом, с детским омбудсменом, с мэром, открываете кризисные центры для беременных и в больницах. Тема абортов — это тоже еще одна серьезная ниша для работы Русской Православной Церкви?
— Да, сегодня в Русской Православной Церкви имеется примерно 50 центров защиты материнства и приютов для женщин. Во-первых, для молодых мам — тех, кого удалось отговорить делать аборт. И вот, выходя из родильного дома, они не знают, куда идти. У них нет жилья, у них нет финансовой поддержки, и мы организуем такие приюты для молодых мам. Там им помогают войти в жизнь, финансово поддерживают. Кроме того, у нас открыт целый ряд центров по консультированию беременных женщин. Если будущая мама вдруг изъявляет желание прервать беременность, то с ней начинают работать церковные консультанты, которые в большинстве случаев помогают сохранить жизнь ребенка.
Мы взаимодействуем в этом отношении с государственными учреждениями и с общественными силами и считаем, что это очень важное направление работы. Мы будем всячески его развивать.
В нашем Марфо-Мариинском центре существует специальная группа людей, которая занимается работой с семьями, желающими взять на воспитание или усыновить ребенка. Дело в том, что родители должны быть подготовлены к этому акту. Иногда чисто эмоционально человек желает усыновить или удочерить, а потом, сталкиваясь с трудностями, проходит через кризис, который нередко заканчивается тем, что ребенка снова отдают в детский дом. Вот Церковь и занимается, в том числе, подготовкой родителей к принятию неродных детей в семью. Сестры Марфо-Мариинской обители сопровождают такие семьи, занимаются и с родителями, которые уже взяли на воспитание таких детей.
— Ваше Святейшество, Вы сегодня по доброй рождественской традиции вручили подарки молодым мамам. Можете ли Вы вспомнить подарки, самые памятные, которые Вы в своей жизни получали на Рождество?
— Патриарху дарят подарки, такая уж у него должность. Разные подарки. Но я хотел бы сегодня сказать об одном таком подарке, который для меня очень дорог. В 2010 году я посещал Одессу, и перед поездкой на Украину мне сказали, что в Одесское епархиальное управление обратилась одна семья, в которой девочка по имени Сашенька страдает детским церебральным параличом. Девочке очень хотелось увидеть Патриарха, а она на колясочке, обездвиженная. Тогда мы сделали так, что она увидела Патриарха, и мы с ней встретились. Вот она регулярно пишет мне на Рождество и на Пасху, а сейчас прислала видео, где запечатлена в качестве учащейся первого класса. Это и был один из самых замечательных подарков, которые мне подарили на Рождество.
— Ваше Святейшество, а как Ваша семья, Ваши близкие встречали этот праздник?
— Мы очень скромно жили. Послевоенные годы в Ленинграде, большая семья, жили практически в одной комнате, но всегда в сочельник устанавливалась елка, и мы ее украшали. Игрушки были совсем не такие, как сейчас. Когда я вижу старинные картонные игрушки, украшенные фольгой, сразу вспоминаю свои детские годы. Радовались этой очень скромной елке, читали стихи, устраивали утренники, приглашали знакомых, тех, с кем дружили или с кем учились вместе. В общем, то, что сейчас происходит публично, в то время чаще всего происходило именно на квартирах. Это были христианские утренники. Мы читали стихи, которые были связаны с прославлением Рождества, и всё это в условиях атеистической действительности очень сплачивало людей. Это была очень важная часть нашего внутреннего семейного мира. Мы действительно нуждались в том, чтобы укреплять друг друга перед лицом внешне неблагоприятных условий жизни — я имею в виду, в первую очередь, атеистическое влияние; и праздник Рождества был очень важным фактором в этой, если хотите, борьбе за свои убеждения.
— И последнее. Что бы Вы пожелали нашим читателям?
— Я люблю газету «Комсомольская правда», я ее выписываю. Я не буду перечислять, какие еще газеты я выписываю, но их всего две или три. Благодарю вас за объективное освещение церковной жизни и за то, что вашей аудиторией является в основном молодежь, а она так нуждается сегодня в правильных и нужных словах, которые поддерживают, в первую очередь, нравственные основы жизни. Желаю помощи Божией всем, кто работает в «Комсомольской правде», и успехов!
Источник: Патриархия.ру
|
