Личная позиция | Московский Патриархат | Общие проблемы и вопросы Кто более всего виновен в смерти Христа? Власти, священники или тогдашняя интеллигенция, «совесть нации»? С кем сегодня должна быть Церковь? С этой самой «совестью», с «просвещенным классом» или с «цапками, казнокрадами, продажными шоу-кентаврами»? Попробуем понять это, обратившись к Новому Завету. Публикация на портале Интерфакс-Религия 9 июля 2012 года
Кто более всего виновен в смерти Христа? Власти, священники или тогдашняя интеллигенция, «совесть нации»? С кем сегодня должна быть Церковь? С этой самой «совестью», с «просвещенным классом» или с «цапками, казнокрадами, продажными шоу-кентаврами»? Попробуем понять это, обратившись к Новому Завету.
Да, Господа Иисуса казнила римская власть, а перед тем осудили священники и старейшины. Но сделали они это не сразу. Для того, чтобы сложить обвинение, потребовалось множество провокаций: каверзных вопросов, тестов на лояльность религиозному и светскому закону. И обеспечили эти провокации главным образом фарисеи - люди вовсе не презренные, но, наоборот, почитавшиеся в народе как моральные и духовные авторитеты. Независимые от духовных и светских властей. Аккуратно, не доводя дело до бунта, оппонировавшие им. Любившие приспособить религиозные нормы к «современной жизни». Выступавшие против смертной казни. По большей части чуждавшиеся политики. Призывавшие к отделению религиозной власти от светской - у второй же, дескать, «руки в крови». В буквальном смысле слова «отделенные» - от непросвещенных обывателей, от заевшегося священства, от тех, кто сотрудничал с ненавистной оккупационной властью (когда-то, правда, именно фарисеи поддержали ее приход, чтобы навести в расколотой Иудее разумный республиканский порядок). Любившие молиться не в синагогах, а по домам, предвосхищая «приватную религиозность», модную в отделенных кругах XXI века.
Одним словом, речь идет о самых настоящих интеллигентах. Им не нужен был Христос. Они были убеждены, что лучше Него знали, куда вести народ и где путь разума, мира, прогресса и процветания. Тем более что Он заходил на пирушки к мытарям - нечестным сборщикам оккупационных налогов. В Его кругу были известные развратницы, а находясь на Кресте, Он обещал первым ввести в Свое Царство обыкновенного бандита. А перед этим предрек осуждение в геенну «лучшим людям нации», да еще и сравнил их с нечистыми животными!
Все тогда происходившее до боли напоминает нынешние времена. Для людей, уже полтораста лет мнящих себя умом, честью и совестью нескольких эпох, невыносимы слова и дела Христа, которые совершаются в Его Теле - Церкви. Эти люди все так же задают каверзные вопросы, чтобы потом публично или приватно донести: христиане против Конституции, они не друзья кесарю! Да даже бы если были и друзья, то он от этой дружбы только проиграет... Все так же хотят вывести нас за скобки жизни народа - «идите в леса, там молитесь, не мешайте нам». Все так же требуют не подавать руки тем, чьих рукопожатий сами не желают или просто побаиваются. И главное - они все так же уверены в своей полезности обществу, в своей правоте и просвещенности, в своем праве считать себя лучшими, чем прочие люди: «грабители, обидчики, прелюбодеи» (Лк. 18, 11), жулики и воры, анчоусы и быдло, да и вообще «этот народ», «невежда в законе, проклят он» (Ин. 7, 49).
При этом наши гуманисты, правда, почему-то боятся честно сказать себе: у них и у Христа разные дороги. Утверждают, что «Бог прощает всех», хотя достаточно прочитать Новый завет и увидеть: там говорится о гневе Божием и о Божией ярости, о том, что Господь Иисус проклинает людей, не выполняющих Его заповеди, и говорит о вечности их посмертных мук. Которые, кстати, много хуже всех СИЗО, лагерей, тюрем, расстрелов и газовых камер. Именно потому, что они вечные.
Выход один - покаяние. То есть признание собственной неправоты и готовность измениться. Уж по крайней мере - не повторять никогда того, что было сделано неправильно. Прочесть хотя бы раз вечерние молитвы и сравнить их со своим мировоззрением. Современные фарисеи, правда, ищут другой выход: лукавый. Забыть про наследие торжествующего христианства и восторгаться приспособленческим богословием, рожденным в диаспоре, в условиях доминанты секуляризма. Помнить те слова из Евангелия, что им нравятся, и оспаривать или игнорировать другие. Но «разве разделился Христос?» (1 Кор. 1, 13)
Нет, Он «вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр. 13, 8). И Церковь всегда будет говорить о Божией правде, даже если ее - кнутом, пряником или какими угодно еще средствами дрессировки - будут приучать к молчанию или к тому, чтобы быть бесплатной вкладкой к культуре потребления, самооправдания, комфорта, здоровья и достатка. Задача Церкви - не приспособиться к обществу. Ее задача - его изменить. Или по крайней мере успеть прокричать: ты живешь неправильно и, если не повернешь свой путь на 180 градусов, погибнешь. По крайней мере, погибнут большие города. «Имеющий ухо слышать да слышит» (Откр. 2, 17).
Источник: Интерфакс-Религия
|
