Московский Патриархат | Общие проблемы и вопросы Интервью председателя Синодального информационного отдела, профессора МГИМО, главного редактора православного журнала «Фома» В.Р. Легойды порталу «Актуально.ру».
— Владимир Романович, в Екатеринбург Вы приезжали для того, чтобы организовать курсы повышения квалификации для сотрудников информационных подразделений местных епархий. Откуда вообще идет эта инициатива, зачем нужно подобную учебу организовывать?
— Синодальный информационный отдел Русской Православной Церкви, если выражаться языком светским, — это «министерство церковной информации». И естественно, у нас есть подразделения по информационной работе на местах. Мы находимся с ними в рабочем контакте. Однако вопрос уровня профессионализма сотрудников этих подразделений сейчас достаточно актуален, поэтому мы и организуем для всех епархий краткие курсы повышения квалификации.
— А чья это была идея — таким образом работать над профессиональной подготовкой сотрудников? И когда она возникла? Неужели все дело в уровне профессионализма сотрудников?
— Данное решение — об организации обучения епархиальных пресс-секретарей — было принято Архиерейским Собором как высшим органом церковной власти. Профессионализм в работе информационных подразделений наших епархий очень важен — у Русской Православной Церкви должно существовать единое информационное поле. А без опоры на местные епархиальные структуры создание подобного поля невозможно. Мы этот процесс стараемся контролировать. Курсы повышения квалификации проводятся нами в центрах федеральных округов. Вот сейчас открыли курсы в Уральском округе. Ранее аналогичные занятия проводились в Центральном, Южном и Приволжском федеральных округах.
— Ваш отдел занимается информационным полем Русской Православной Церкви. В Екатеринбурге, на мой взгляд, это информационное поле достаточно развитое — издается «Православная газета», выходит православный телевизионный канал «Союз». В других регионах ситуация аналогичная, или Урал отличается от них в лучшую сторону?
— И да, и нет. Нужно, конечно, отметить, что телеканал «Союз» основывался как епархиальный — а сейчас уже стал общецерковным. Его смотрят на территории всей России.
— Вы говорите общецерковный канал, но ведь его же не только православные смотрят, там иногда есть передачи, интересные и для людей, не считающих себя верующими.
— Именно про это я и говорю: если информационный продукт хороший, то даже если он рассчитан на определенную категорию, по факту аудитория получается гораздо шире. И не обязательно при этом пытаться информационно охватить все сферы жизни или слои населения. Так происходит и с телеканалом «Союз»: там просто качественно показана жизнь Православной Церкви и близких к ней людей. Там изначально никто не пытался сделать телеканал «обо всем». В результате канал смотрят не только воцерковленные люди.
— Телеканал «Союз» постоянно просит у своих зрителей по возможности помочь, иначе нечем будет платить за вещание в эфир. То есть православное СМИ существует за счет частных пожертвований. Журнал «Фома» тоже существует на частные средства?
— По большому счету — да. Наш журнал существует на пожертвования, но не «с миру по нитке», а на пожертвования совершенно конкретных людей, наших друзей. Они очень помогли журналу в трудные для нас времена, и сейчас фактически можно сказать о том, что они поддерживают журнал уже много лет. Они делают это совершенно бескорыстно. Понятно, что журнал не окупается — если говорить на языке экономики, это убыточное предприятие. Поэтому, если бы не было помощи со стороны этих близких нам людей, журналу вряд ли удалось бы удержаться на плаву.
— Тема пожертвования в пользу Церкви вообще довольно дискуссионная. Ведь многое из того, что предлагает Церковь миру, доводится через систему пожертвований. И многие миряне, а особенно — люди неверующие — начинают воспринимать Церковь как какой-то институт для выкачивания денег из населения.
— Если рассуждать в этом контексте, то можно говорить о том, что Церковь по определению живет собственно на пожертвования. Священник всегда питался «от алтаря» — от того, что в люди в храм приносят. И, по сути, у Русской Православной Церкви нет иных источников дохода, кроме как тех средств, которые жертвуют ее прихожане.
А что касается упомянутого Вами стереотипа о «выкачивании» денег — священник тоже должен понимать, что его жизнь всегда словно под микроскопом, и не давать повода к подобным пересудам. Это уже некий устойчивый миф — про «попов на мерседесах». Хотя лично я ни одного такого не встречал. Вообще же важно, чтобы каждый священник, как лицо, представляющее Церковь в глазах светского общества, понимал, что по тому, как он сам относится к подобным вопросам, будут формироваться представления о Церкви вообще.
— С нового учебного года во всех учебных заведениях страны будет в обязательном порядке изучаться предмет «Основы религиозных культур и светской этики». Кто был инициатором этой учебной дисциплины, насколько целесообразно было ее введение?
— Как известно, соответствующее предложение было сделано Святейшим Патриархом Кириллом на встрече с президентом Дмитрием Медведевым три года назад. Государство тогда с пониманием отнеслось к этой инициативе, были разработаны учебные программы, написаны учебники, изданы учебные пособия. Более года шла апробация этого курса, в ходе которой он получал в основном самые положительные отклики. Поэтому сейчас курс на вполне легитимных основаниях будет изучаться в учебных заведениях.
— Но ведь наверняка было какое-то сопротивление? Я помню, что многие атеистично настроенные люди выражали свое недовольство проникновением Церкви в систему образования, говорили о том, что-де Церковь от государства отделена. Наверняка ведь были жалобы, какое-то противодействие?
— Особого противодействия не было. Полемика в прессе, статьи — да. Но опять-таки, авторы этих статей, не разобравшись в сути вещей, пытались утверждать, что теперь общество будут разделять по религиозному признаку, что даже дети в школах будут говорить друг про друга, мол, я православный, а ты мусульманин, а ты вообще буддист. На самом деле этот учебный курс во многом культурологичен, он предлагает изучение основ традиционных для нашего общества и его истории религий. Ведь нет ни одной культуры, в основе которой не лежала бы религия... Лично я считаю, что основы родной, наиболее близкой для себя религиозной культуры нужно изучать так же, как родной язык. Сначала нужно овладеть им, а затем уже изучать остальные. Так и с основами религиозной культуры.
— Наверное, именно отсутствие религиозного образования в школе, оттого что «в детстве не научили», и становится причиной эксцессов, подобных происшествию в Храме Христа Спасителя в Москве?
— В том числе. Религиозная безграмотность и бесчувственность сегодня поражает. Я даже не знаю, как отвечать людям, которые на полном серьезе спрашивают: а что такого сделали эти девушки? Для тех, кто воспитывался в атеистическом ключе (а таких все-таки большинство, из тех, кто родился в СССР и учился в советской школе, кто прошел через пионерскую и комсомольскую ступень), деяние панк-группы с неприличным названием, которое мы сегодня часто и легко повторяем, можно сравнить с осквернением государственных символов, или надругательством над памятниками героям Великой Отечественной войны.
Сейчас, как мне кажется, важно понять, а кто придумал и срежиссировал всю эту акцию. В любом случае, пока ведь разбираются лишь с исполнителями, а организаторы где-то сидят и, видимо, потирают руки, смеясь над всеми. В первую очередь, над многочисленными журналистами, работающими бесплатной пиар— компанией в масштабной пиар-кампании панк-группы.
— Реакция на это и в обществе, и среди верующих была далеко не однозначной. Неужели Православная Церковь действительно за строгое наказание? Ведь это даст повод многим атеистам и просто врагам христианства вообще и Православия в частности говорить о преследовании за убеждения? Да еще с подачи Церкви?
— Церковь — за принципиальную оценку этого действа в обществе, в том числе правовую оценку. Если эти активистки хотят жить в свободном правовом гражданском обществе — а, судя по их словам, они этого и добиваются — они не могут просто позволять себе делать все, что хотят. Свобода всегда подразумевает разумное самоограничение. Чтобы свобода всех остальных тоже не была ущемлена. Видимо, эти «гражданские активистки» не совсем понимают такие простые правила. Но надо же хоть как-то довести до них и им сочувствующих, что так делать не следует. Никто из церковных людей не настаивает на строгом наказании, на реальных тюремных сроках. Но в социальном и правовом плане должен быть обозначен запрет на подобные деяния. Для того, чтобы поняли все — никому не дано издеваться над окружающими и их чувствами. И, конечно, Церковь выступает за вразумление и покаяние всех, кто причастен к этой акции. Уверен, что об этом молятся тысячи людей.
— В стране состоялись выборы. Патриарх Кирилл поздравил россиян с избранием президента, сказав, что народ проявил мудрость и сделал правильный выбор. Это отношение к конкретному человеку или имелось в виду нечто иное? Ведь не секрет, что у некоторых кандидатов в президенты отношение в Православию нейтральное. Были среди кандидатов и атеисты. Это как-то связано?
— Это, на мой взгляд, и уважительное отношение к воле народа, к его выбору, и определенная оценка победившего кандидата.
Мне кажется, что религиозность кандидата в президенты для верующего важна, но, конечно, не является единственно определяющим критерием. Важно, что человек верующий, но важны и другие качества, необходимые на таком высоком государственном посту. Или, скажем, как быть в ситуации, когда несколько кандидатов — верующие люди? Вот смотрите. Владимир Путин — человек верующий, но и Сергей Миронов — тоже верующий православный человек. Значит, граждане оценивают и другие важные качества, необходимые для руководства страной.
— Ну и напоследок. Вы издаете православный журнал для сомневающихся. А может ли сомневающийся быть православным?
— Весь вопрос в том, в чем человек сомневается. Одно дело, если он сомневается в том, насколько крепка его вера, насколько он верит в свои силы. И совсем другое — сомневается ли он в Боге, Церкви, и православной вере как таковой. Православный человек может сомневаться в своих силах, а не в Боге. Это очень важно, прежде всего, для определения, верующий перед нами человек или нет.
Источник: Патриархия.ру
| 
