«Государственный террор переживает свой пик буквально в последние дни. Иллюстрацией служит не только кощунственное вторжение полицейских и «сотрудников служб безопасности» в величайшую святыню Украины и всего Русского православного мира, Киево-Печерскую лавру, но и объявление вне закона канонической Украинской Православной Церкви и угроза того, что, при попущении Божием, «проевропейское» и «демократически» ориентированное украинское государство её попросту запретит, если не упразднит», – сказал епископ Бачский Ириней. – «Само собой разумеется, что добродетельные представители демократии и человеческих – а в том числе религиозных – прав и свобод по обе стороны Атлантики мудро молчат. По их мнению, в Киеве рыцарски (!) защищают их «ценности» и «идеалы»».
Иерарх подчеркнул, что ужесточение преследований канонической Церкви вызвано углублением раскола на Украине в результате неканонических действий Константинопольского Патриархата, создавшего в этой стране «свою парацерковную структуру», причём «в обход существующей и численно преобладающей канонической Церкви, которую он сам до дня претворения в жизнь своего решения признавал, да и ныне продолжает её по сути признавать, ибо не смеет объявить ее неканонической или несуществующей».
Архипастырь с сожалением отметил, что и он сам, и многие авторитетные люди предупреждали Патриарха Константинопольского Варфоломея о негативных последствиях задуманного им антиканонического шага – предоставления «фиктивной автокефалии несуществующей Церкви в Украине, точнее, двум насильно и временно объединённым раскольническим группировкам», во главе с «нераскаянным и безблагодатным раскольником». Однако, к сожалению, Фанаром «не были учтены ни доводы многих авторитетных людей, ни священные каноны, ни опыт прошлых веков, ни Священное Предание Восточной Церкви». При этом, как подчёркивается, вовсе «не требовалось особой проницательности, чтобы понять, что антицерковные и антирусские гонения в условиях войны между Россией и коллективным Западом на территории несчастной Украины стали бы намного жёстче, чем были до начала столкновения», и Фанар «всегда знал, что постмайданная украинская власть, выстроенная как самая радикальная антироссийская структура, находящаяся на службе непосредственно у НАТО и политического «Запада», не только заинтересована в превращении раскольнических группировок в своего рода государственную Церковь, но и проявляет максимальную активность в гонениях на подлинную каноническую Церковь (запугивание духовенства, захват храмов и насильственная «перерегистрация» приходов, террор против верующих...)». Иерарх упомянул об особой роли высшего государственного руководства в вовлечении Фанара в украинский церковный кризис во время «бесславного правления Порошенко».
Епископ Бачский Ириней отметил, что большинство Поместных Православных Церквей «прямо или молча» восприняли вторжение Константинополя на каноническую территорию Московского Патриархата «как незаконное, неправильное и чреватое опасностями для единства Православия» и «продолжают признавать каноническим митрополита Киевского и всея Украины Онуфрия, игнорируя гражданина Сергея Думенко («митрополита Епифания»)». Сербский Патриархат, как подчёркивается, «уважает многовековой канонический порядок» и, придерживаясь этого порядка, «сожалеет о разразившемся глубоком духовно-каноническом кризисе в Православии и молитвенно уповает на его преодоление».
Иерарх перечислил объективные политические процессы, углубляющие «отравленные» российско-украинские отношения:
«Антироссийский проект, государственное преследование всего русского на Украине, особенно Церкви, русского языка и культуры, многолетний террор против русского и русскоязычного населения Донбасса, отказ НАТО от статуса Украины как нейтральной буферной зоны, намерение Альянса выйти на границы России».
В этих условиях, как отмечает епископ Ириней, «конфликты между православными – независимо от того, были они инициированы или уже после их возникновения дополнительно разжигались неправославными и даже откровенно антихристианскими силами», были использованы «как пролог и мизансцена для межгосударственного конфликта с миллионами беженцев, разрушением городов, с десятками тысяч жертв среди военнослужащих обеих сторон, убитыми и ранеными мирными жителями».
Иерарх призвал «неустанно молиться Господу Мира о скорейшем восстановлении мира между братьями», особо подчеркнув, что православным «ни в коем случае нельзя участвовать в пропаганде тех сил, которые на словах выступают за мир, но «продвигают» его отправкой на Украину все большего количества вооружений и тем самым работают на то, чтобы война длилась как можно дольше».
Видное место в интервью уделяется вопросу превосходства над папством канонического устройства Православной Церкви, чья «система соборной взаимосвязи и взаимопроникновения между самостоятельными (автокефальными) Церквами… куда более аутентична в богословском или экклезиологическом отношении, нежели монархическая или пирамидальная структура, в которой нет равных друг другу патриархов и где вместо соборности и первенства чести господствует принцип первенства власти, где папа находится на вершине «пирамиды», а все остальные – ниже его». В свете этого иерарх подвергает критике претензии Фанара на исключительные, почти папские, привилегии.
«Современная римо-католическая теология, – отмечает иерарх, – всё больше открывает для себя целесообразность и преимущества принципа соборности», в то время как «у нас, православных… всё чаще звучит терминология и риторика, неодолимо напоминающая терминологию и риторику Первого Ватиканского Собора (1870 г.): то «имею особые права», то «имею привилегии», то «имею особые полномочия»».
Архипастырь указывает на «плоды этого образа мыслей»: «враждебность, борьба за превосходство, пререкания, конфликты – вплоть до раскола между отдельными Поместными Церквами», отмечая, что всё это подрывает доверие к Православной Церкви «у инославных христиан, которые столь многого ожидали от нас в области свидетельства о соборности, причём не только на словах, но и на деле».
«Система соборного единства сестринских автокефальных Церквей является наилучшей из возможных систем, но когда она проводится в жизнь духовно незрелыми людьми, не достигшими должного уровня церковного сознания, тогда она, благодаря им, становится на практике наихудшей возможной системой, – отмечает епископ Бачский Ириней. – Пусть же всякий из нас потрудится, чтобы она была не наихудшей, а наилучшей системой, каковой на самом деле является!»
|
