 Архиепископ Кентерберийский признал, что в начале пандемии «слишком поддался чувству опасности», но скоро осознал, что жесткие меры по закрытию храмов были «ошибкой», риски он преувеличил, а теперь сожалеет о своей ошибке и «готов принести любые извинения», сообщает christiantoday.
В интервью изданию Financial Times архиепископ Джастин Уэлби отметил, что примерно в «мае-июне прошлого года» осознал, что приказ о закрытии церквей был «ошибкой», ибо даже священникам не разрешалось входить в храмы для личной молитвы.
«Вначале я допустил несколько ошибок и довольно быстро их осознал, – заявил архиепископ. – Я недостаточно пекся о сохранении доступа в храмы для личных молитв при первом карантине. Даже духовенству был закрыт доступ, и теперь я понимаю, что совершил ошибку ... Я готов принести любые извинения. Думаю, я слишком поддался чувству опасности».
При первом жестком карантине храмы по всей стране были вынуждены перенести богослужения в онлайн, а церковное священноначалие радовалось успехам виртуальных служб в вероучении и дистанционном обращении в веру. На вопрос, каким образом Церковь собирается привлечь этих виртуальных новообращенных к реальным храмовым службам по окончании карантина, архиепископ не дал ответа.
«Честно говоря, не знаю, – сказал он – У меня вообще нет ответа. Вероятно, нам придется и далее сочетать обе формы богослужений».
Архиепископ опасается, что эмоциональные последствия пандемии будут сказываться еще очень долго.
«Это великая тяжесть, навалившаяся нам на плечи, – сказал Уэлби. – У нас развилось нечто вроде общенационального посттравматического стрессового расстройства, которое еще не раз проявит себя в различных аспектах и моментах».
Во время пандемии архиепископ служит капелланом в больнице Святого Томаса близ своей официальной лондонской резиденции в Ламбетском дворце. Там он молится с умирающими пациентами, лишенными возможности сказать последнее прости родным и близким, и до слез восхищается мужеством медработников, работающим до изнеможения. Он признается, что «этот опыт изменил мою жизнь».
«Я работал там этой ночью, – отметил архиепископ. – Не знаю, что мне удалось сделать для других, но эта служба сделала для меня очень многое, она приблизила меня к Господу и ближним. Это самое первое и заметное ее действие».
На вопрос о том, что последний год принес в плане духовности, епископ отметил, что он дал очень многое «огромному числу людей».
«Это, прежде всего, ощущение хрупкости бытия, – напомнил Уэлби. – Мы осознали, что внезапные, неотвратимые и страшные события вершатся здесь и сейчас, и не только где-то в дальних странах. По-человечески для нас абсолютно нормально роптать на Бога перед лицом горя, однако важно не стать беспомощной жертвой горя. В беде нужно держаться близких людей, с которыми можно делиться сокровенным, нужно искать и находить опору во вдохновляющих воспоминаниях и держаться за них, нужно возносить покаянные и очищающие молитвы. Очень важно находить и замечать моменты радости, уметь их праздновать. Скромные радости спасут вас в дни испытаний, а иначе испытания сломят вас».
В своем обширном интервью архиепископ также кратко коснулся скандальной истории венчания принца Гарри с Меган Маркл, всплывшей в их мартовском интервью. Архиепископ тогда был вынужден отрицать, что тайно обвенчал пару за три дня до официальной брачной церемонии в часовне Святого Георгия в Виндзорском замке.
«Это жизнь на виду без права на условно-досрочное освобождение [от внимания публики], не так ли? – отметил архиепископ, выражая сочувствие судьбе принца Гарри. – Давайте вспомним 1930-е годы в этой связи и жизнь Эдуарда VIII – а он продолжал нести тяжкий груз королевской известности даже после отречения от престола, его неотступно преследовали повсюду. Не надо считать членов королевской семьи сверхчеловеками».
|
