 Накануне праздника наместник монастыря епископ Можайский Леонид, викарий Святейшего Патриарха Московского и всея Руси, совершил в Введенском соборе в сослужении братии обители в священном сане малую вечерню с чтением акафиста прп. Амвросию Оптинскому перед ракой с его святыми мощами и всенощное бдение.
В сам день праздника в обители служилось несколько Божественных литургий.
Раннюю Литургию в Амвросиевском приделе Введенского собора возглавил наместник Введенского ставропигиального мужского монастыря Оптина пустынь епископ Можайский Леонид.
Его Преосвященству сослужила братия монастыря в священном сане.
КРАТКАЯ СПРАВКА
Оптина пустынь славится своими старцами. Старчество на протяжении целого столетия определяло духовный облик обители. При преподобном Амвросии Оптина достигает своего расцвета. К нему устремляются со всех концов России. Одарённый духовным рассуждением, острой памятью и словом, преподобный с одинаковой любовью принимал всякого приходящего к нему.
Его беседы были преисполнены мудрости и глубокого смирения; они согревали охладевшие сердца, открывали душевные очи, просвещали разум, призывали людей к раскаянию, душевному миру и к духовному возрождению, они покоряли сердца людей, вселяя в них благодатный мир и тишину.
Рассудительность и прозорливость совмещались в старце Амвросии с сострадательностью, с удивительной, чисто материнской, нежностью сердца, благодаря которой он умел облегчить самое тяжелое горе и утешить самую скорбную душу.
Он умел скрыть свою прозорливость и благодатную помощь под покровом шутки, часто говоря краткими афоризмами стихотворной формы.
«Нужно жить нелицемерно, и вести себя примерно, тогда наше дело будет верно, а иначе выйдет скверно», «Отчего человек бывает плох? – Оттого, что забывает, что над ним Бог», «Кто уступает, тот больше приобретает», «Где просто, там ангелов со сто, а где мудрено – там ни одного».
Такими простыми словами он доносил народу глубокие истины духовной жизни. Незнакомый человек мог прийти к нему, а он знал его жизнь, и обстоятельства, и зачем он сюда пришёл. Для старца не существовало тайн – он видел всё. Его взгляд проникал до самых глубин человека, ничто не могло от него скрыться, но тем не менее присутствовало чувство исключительной лёгкости, внутреннего освобождения, радости.
Преподобный видел состояние души своего собеседника, умел каждому подать благодатную помощь. Несмотря на свои тяжелейшие болезни всегда вселял такую радость в сердца приходящих к нему, что человек, выходя из маленькой кельи старца как на крыльях летел, возрожденный к новой жизни. И не случайно на его надгробии – надпись из Священного Писания: «Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых» (1 Кор. 9, 22). Это в полной мере выражает его жизнь, всецело посвященную служению людям и ту его безграничную любовь к страждущему человеку, которая «и сегодня и через тысячу лет – все та же».
|
