Екатерина Михайловна Виденина родилась в 1858 году в х. Буерак-Сенюткине Усть-Медведицкого округа Области войска Донского в семье потомственного дворянина хорунжего М.Ф. Виденина. Всё её детство и первые годы юности прошли в доме родителей.
В 14-летнем возрасте она поступила послушницей в Усть-Медведицкий монастырь. Игумения Арсения (Себрякова), бывшая в то время настоятельницей обители, очень скоро заметила гуманитарные способности и тягу к знаниям у молодой послушницы Екатерины и назначила её преподавать русский язык и литературу в монастырском женском училище. Это послушание она выполняла в течение 30 лет. За труды на ниве образования она неоднократно затем получала благодарности епархиального начальства и награды от Св. Синода.
В 1894 году Екатерина, будучи к тому времени уже «покрыта рясофором», была пострижена в монашество с именем Святослава. Вскоре после пострига она была назначена заведовать подворьем монастыря в ст. Урюпинской, которое было устроено игуменией Арсенией по благословению архиепископа Макария (Миролюбова) в 1891 году. Это послушание она исполняла в течение трёх лет, пройдя, таким образом, первые уроки настоятельской школы и получив столь важный опыт управления, который пригодился ей позже.
После смерти игумении Леониды (Ладыгиной), указом Святейшего Синода от 26 августа 1911 года, монахиня Святослава была возведена в сан игумении. В это время число монахинь и послушниц в Усть-Медведицком монастыре достигло 250 человек, а сам он становится особо почитаемым в Донской епархии. На время настоятельства матери Святославы выпал самый сложный и страшный период в жизни обители. Шла Первая мировая война, и в 1915 году, по благословению архиепископа Митрофана (Симашкевича), игумения Святослава открывает приют для призрения детей убитых воинов.
В стране зрела революция, что не могло не отразиться на жизни обители. Монастырь обладал земельными угодьями, сенокосами, лесом; содержал школу для девочек, богадельню, больницу; помогал раненым, увечным воинам и их семьям. В одночасье в 1918 году он лишился всего. Для сохранения монастыря игумения Святослава зарегистрировала трудовую артель в соответствии с требованиями советской власти, и религиозная Преображенская община арендовала свои собственные храмы у райисполкома. За оставшиеся в их распоряжении кельи платили высокую квартплату, общину душили разными поборами. Тем не менее, в этот период монахини под руководством настоятельницы помогали детям, оказавшимся в детских домах рядом с монастырём.
Инструктор по дошкольному воспитанию ОКРОНО Никитин 23 октября 1920 года в одной из записок окружному инструктору по народному образованию т. И. Фирсову пишет: «Посетил Преображенский Монастырь… имел беседу с игуменией (Святославой). Отзывчива и ясно понимает наши задачи. Она изъявила желание: 1) Дать хорошее помещение для детдома №1-й, дошк. возраста. 2) Отоплять его и 3) Оказывать всякое содействие ему, не вмешиваясь в дела его руководителей». Поэтому Никитин предложил: «всех детей дошкольного возраста с взрослыми девушками поселить в монастыре, где будет наверняка и тепло, и опрятно, и сытно, подобрав лучших руководителей».
Игумения Святослава призывала сестёр обители всячески помогать детям, оказавшимся в детских домах рядом с монастырем: «Необходимо идти навстречу всем вопросам представителям советской власти, а также улучшить положение детколонии всем тем, что было необходимо от монастыря для детей, как то: пошив белья детям, уход за детьми и т.п.». Понимая, что монастырь, скорее всего, в скором времени может разделить участь других обителей и храмов, она посылала сестёр по окрестным хуторам, просила помочь сохранить обитель.
В 1928 году игумения Святослава и ещё 21 монахиня были арестованы. 10 мая 1929 года постановлением Особого Совещания при Коллегии ОГПУ они были осуждены по 58/10 ст. УК РСФСР (за антисоветскую агитацию) и приговорены к высылке на три года «с лишением права проживать в городах: Москве, Ленинграде, Харькове, Одессе, Ростове-на-Дону и означенных округах и НВК с прикреплением к определенному месту жительству». Осуждённые были направлены в ссылку в места временного проживания. Дальнейшая их судьба пока не выявлена.
Известно, что игумения Святослава была направлена в Самарскую (Куйбышевскую) губернию в с. Шигоны, откуда она продолжала наставлять и поддерживать своих сестёр и знакомых. Дошедшее до нас одно из посланий игуменьи Святославы имеет стихотворную форму. В ответе И.К. Седову она писала:
Спасибо Вам, что вспомянули
Меня в изгнании суровом,
С участьем благостно взглянули
И добрым братским словом
Вы мне напомнили,
Что есть поэзия на свете.
Я в молодости увлекалась ею,
А теперь – как здесь я одинока!!
Как проза жизни тяжела,
Тоска по родине глубоко
В больную грудь мне залегла.
Былое всё, как сон, прекрасно,
Блеснувши, скрылось без следа!
Под Усть-Медведицкой горой
Все мои мысли и желанья.
Туда измученной душой
Стремлюсь из моего изгнанья.
О, там был свет, там жизнь цвела,
Вокруг сады благоухали,
Там церковь чудная была
И в ней мы Бога прославляли.
Не прекращалась там Псалтирь
Ни днем, ни ночию глубокой,
О, то был славный монастырь,
Прославлен жизнию высокой.
Туда текли за исцеленьем
Больные сердцем и умом,
Покой и мир, и утешенье
Все находили скоро в нём.
По сохранившейся записи в книге «Сочинения Епископа Игнатия Брянчанинова. – СПб., 1888», принадлежащей иеромонаху Пантелеимону (Попову), настоятелю церкви Воскресения Христова (г. Серафимович) с 1919 по 1960 годы, умерла игумения Святослава в ссылке 20 марта 1930 года.
