 Я опубликовал две записи. Первую, что далеко не все абитуриенты смогли ответить на вопрос: «кто написал «Архипелаг ГУЛАГ»?». И вторую — о том, как несколько человек уверенно отвечали, что действие шекспировской трагедии «Ромео и Джульетта» происходит в Лондоне.
Среди различных ахов и охов, которые начались потом в социальных сетях по поводу того, «куда катится этот мир» и т.д. были и упреки в мой адрес. К чему, мол, такие вопросы? Есть ли это в школьной программе? Ну не знают — и не знают! Вы спросите у взрослых! И т.д. Кто-то даже замечал, что это хорошо, что абитуриенты не знают Солженицына. Ну, вообще, все это, мол, не делает их автоматически неграмотными или, тем более, дураками. Конечно, не делает.
Скажу больше. Человек может не знать даже таблицу умножения, но при этом быть интеллектуально состоятельным. Здесь дело в другом: математика, например, есть особый язык, на котором надо уметь разговаривать. Точно так же существует и язык культуры — символы, знаки, имена писателей, название книг, песен и т.д. То есть те самые фоновые знания, которые помогают нам понимать друг друга.
Вот именно это и беспокоит: мы все больше начинаем говорить на разных культурных языках, хотя вроде бы говорим на одном русском. Конечно, у этой медали есть и другая сторона: существует язык молодежи, который мы, взрослые, не знаем или знаем плохо. И в этом незнании тоже нет ничего хорошего, оно тоже увеличивает разрыв.
И еще одно. Недавно по этому поводу один журналист меня спросил: «А зачем вообще студентам в принципе это знать?» И я вспомнил замечательный эпизод из одного из моих любимых фильмов — «Общество мертвых поэтов». Там учитель литературы на уроке говорит ученикам что-то про Шекспира и потом добавляет: «Я вижу по вашим глазам, дорогие мои студенты, что вы считаете, что литература не имеет ничего общего с бизнесом и медициной, которыми вы собираетесь заниматься. Вы сидите и думаете, зачем нам это все нужно, ведь нам нужно отдаваться главному — нашей будущей карьере».
Учитель в фильме не пытается доказать что-то обратное, а предлагает ученикам посмотреть на проблему иначе. Он говорит: «Люди читают и пишут стихи не ради забавы. Мы читаем и пишем стихи, потому что принадлежим к роду человеческому, а человечеством движут чувства. Медицина, юриспруденция, бизнес, прикладные науки — все это благородные занятия, они необходимы для поддержания жизни. Но поэзия, красота, романтика, любовь — вот ради чего стоит жить».
…Могу ли я представить мир, даже жизнеспособный, в котором нет «Ромео и Джульетты», «Войны и мира», «Архипелага ГУЛАГ»? Могу. Я даже могу себе представить мир без таблицы умножения. Просто мне в этом мире жить не хочется. А вам?
|
